Письмо от Данилы Медведева

Получено 5 марта 2000 г.

Доброе время, Александр!

Несколько замечаний и мыслей:

Возможно, разработка интерфейсов и продуктов для нанотеха была бы эффективнее в условиях конкуренции, которую нанотех уничтожит. Или нет?

На чем основаны слова о замедлении прогресса в Америке в середине XX века?

Это относится к разным Вашим произведениям. Как мне кажется, рыночная экономика не равна капитализму. ЕЈ идея в конкуренции, в том, что всЈ, продукты, услуги, научные идеи, религии и т.п. распространяются в условиях конкуренции, когда увеличение числа потребителей этого (товара, услуги и т.п.) каким-то образом стимулирует авторов. Капитализм же, как явствует из названия, предполагает лишь собственность на средства производства. Уже несколько лет есть Интернет, но почему-то порядка в нЈм нет. Как мне узнать средний вес слонихи в 15 лет? :-) Точно так же в нанотехе я не смогу получить "чертежи" к самолЈту. Какой самолет мне выбрать? Что делать со спаммерами, которые 100 раз регистрируют свою модель со своим фото на нЈм? :)

SY,
Danila Medvedev
 

 


Ответ:

Здравствуйте!

>Возможно, разработка интерфейсов и продуктов для нанотеха была бы
>эффективнее в условиях конкуренции, которую нанотех уничтожит.

Нанотех, как и любая другая технология, не может уничтожить конкуренцию. Конкуренция - это не что иное как борьба за право использовать ограниченные ресурсы, а поскольку кому-нибудь чего-нибудь всегда будет нехватать, конкуренция будет всегда.
На моей странице речь идет вовсе не о том, чтобы полностью уничтожить конкуренцию (что в принципе невозможно). Уж коли Вы употребили слово "эффективнее", можно сказать, что речь здесь идет о критериях эффективности.

Существует множество различных критериев эффективности деятельности общества:

1)љ Можно, конечно, продолжать считать критерием эффективности максимизацию денежной прибыли отдельных индивидов - собственников прав на разрабатываемую продукцию. Это тот критерий, на котором основана рыночная экономика;

2)љ Можно считать критерием эффективности темпы технического прогресса;

3)љ Можно считать критерием эффективности способность общества к выживанию - т.е. насколько оно устойчиво к воздействиям внутренних и внешних врагов (других человеческих обществ), а также к воздействиям сил природы (стихийным бедствиям) (Забегая вперед, скажу что я лично считаю это главным критерием, поскольку если общество погибло, об остальных критериях говорить бессмысленно);

4)љљ Можно считать критерием эффективности то, насколько наша деятельность приближает нас к осуществлению наших мечтаний - например к осуществлению такой древней мечты человечества, как общество в котором человек человеку не волк, или по крайней мере такого общества в котором обстоятельства не принуждают каждого быть волком по отношению к другим людям.

Некоторые из этих критериев взаимно способствуют друг другу. Например, технический прогресс (критерий 2) может сделать общество более жизнеспособным (критерий 3).

Некоторые из этих критериев противоречат друг другу. Например, борьба за максимизацию денежной прибыли отдельных индивидов (критерий 1) привела к тому, что огромное число людей на Земле подвергаются беспощадной эксплуатации, надрывающей их здоровье, теряют средства к существованию, и голодают в самом прямом смысле этого слова (т.е. применяя критерий 1, мы теряем оптимизацию по критерию 4).
Другой пример противоречия критериев: создание социальных гарантий (попытка оптимизации по критерию 4) иногда приводит к ситуации, когда, почувствовав себя в полной безопасности,љ люди расслабляются, теряют желание работать, думать и изобретать, т.е. замедляется технический прогресс (происходит потеря оптимизации по критерию 2) и в конечном счете ослабляется устойчивость общества (потеря оптимизации по критерию 3).

И, наконец, существуют идеологические мифы о том, что оптимизация по одному критерию автоматически приводит к оптимизации по другому, например, что оптимизация по первому критерию (максимизация денежной прибыли отдельных лиц) автоматически приводит к оптимизации по второму критерию (максимизация темпов технического прогресса). Мне кажется, что представление о том, что рыночная экономика сама по себе, автоматически, ведет к техническому прогрессу, является идеологическим мифом, придуманным на Западе во времена холодной войны. В середине 20 века экономика и на Западе и в СССР была смешанной, рыночно-плановой, однако потребности идеологической войны вынуждали Запад рядиться в тогу чистых "рыночников", а СССР приходилось представлять дело так, что рыночного сектора экономики у нас не существовало (разумеется он существовал, но существовал в основном в виде "теневой" экономики). Исходя из идеологических соображений, Запад всегда старался приуменьшить роль государства в техническом прогрессе. Но если мы попытаемся проследить историю любого изобретения сделанного во второй половине 20 века, то обнаружим, что оно первоначально было разработано по заказу государства (чаще всего, министерства обороны) и лишь потом внедрялось в народное хозяйство. Что касается эффективности внедрения уже готового изобретения, то тут действительно рыночная экономика демонстрировала свои преимуществаљ перед плановой.

Понять, почему рыночная экономика позволяет эффективно внедрять уже сделанные изобретения и разработанные технологии, но практически неспособна вести новый исследования и разработки без вливания денег со стороны государства, очень легко. Представим себе двух конкурентов. Один изготавливает свой товар (например, компьютер на электронных лампах, занимающий несколько комнат и потребляющий электроэнергию вырабатываемую целой электростанцией) по старой технологии, а другой задумал изобрести совершенно новую технологию, которая потенциально, лет через 10 позволит производить новый, очень прибыльный товар(компьютер на полупроводниках, умещающийся на одном рабочем столе и потребляющий энергии не больше чем телевизор), отсутствующий у конкурента. Но для проведения разработок, чтобы платить зарплату инженерам, ему нужны деньги. Где их взять? Если он попытается переложить расходы на покупателей, увеличив цену своих ламповых компьютеров, то покупатели перестанут покупать у него, а начнут покупать компьютеры у его конкурента, по более дешевой цене. Разработчик разорится, изобретение не появится на свет. Конечно, он может попробовать взять деньги в банке, но никто не даст ему денег на десять лет просто так - банк потребует каждый год выплачивать проценты с займа и разработчику все равно придется увеличить цену на свою продукцию, и он все равно в конце концов разорится и изобретение не появится на свет. Так бы оно и было на самом деле, и мы до сих пор не увидели персональных компьютеров, если бы вдруг в 1957 году СССР не запустил спутник раньше американцев, а затем, в 1961 году и первого человека в космос.љ Американское правительство восприняло это как оскорбление, и заявило что первым высадит человека на Луну до конца 1960-х годов. Но с полетом на Луну есть одна закавыка - на борту лунного посадочного модуля должен стоять свой собственный персональный компьютер. Если для полетов по орбите вокруг Земли достаточно было громоздких компьютеров на Земле, передающих результаты расчетов на борт по радио, то для полета на Луну радио не годиться - радиосигнал идет с Земли до Луныљ целую секунду, и пока результаты расчетов земного компьютера летят через эфир, лунный посадочный модуль уже может разбиться о лунную поверхность. Без бортового компьютера лунному модулю просто не обойтись. Но компьютер должен быть маленьким и потреблять мало энергии - масса и расход энергии на лунном корабле - величины очень критичные. И вот американское правительство берет деньги американских налогоплательщиков, идет к фирмам - производителям компьютеров и говорит: "вот вам деньги, пять лет на разработку". Они в ответ: "Вообще-то нужно или десять лет, или в два раза больше инженеров, и соответственно в два раза больше денег." "О'кей. Вот вам еще денег" - говорит правительство - "но чтоб через пять лет миниатюрный компьютер стоял на лунном корабле!". Через пять лет компьютер готов, а у фирмы-разработчика остаются на руках результаты исследований и разработок, проведенных за счет казенных денег. И тут фирма-разработчик оказывается в ситуации, когда ей достаточно поработать еще годик, чтобы сделать из уникального изделия для лунного корабля серийное изделие - настольный компьютер для офиса. Разработчик берет в банке заем на год, через год первым выбрасывает новый товар на рынок, огребает с этого дела сверхприбыль, выплачивает банку проценты, но все равно оказывается в барыше. После этого новую технологию начинают перенимать конкуренты, действуя самыми разными способами - от покупки лицензий до промышленного шпионажа. Теперь им уже ничего другого не остается делать, иначе они разоряются и выходят из игры. Повторяю, в распространении уже существующих технологий рынок действительно очень эффективен.

Из этого примера видно что:

Во первых,љ крупные технологические разработки, требующие больших и очень долгосрочных капиталовложений, результаты которых не всегда предсказуемы (может получится, а может и нет - ни один коммерческий банк под это денег не даст), могут появиться только благодаря вмешательству правительств. Сама по себе рыночная конкуренция крупных скачков в технологии обеспечить не может.

Во вторых, для того, чтобы правительство вмешалось, необходимо чтобы правительство само было поставлено в условия конкуренции с другими странами. Причем конкуренции не обязательно рыночной - это может быть конкуренция в военной области (пример - гонка вооружений между США и СССР), или конкуренция в пропагандистской области (гонка за высадку первого человека на Луну). Но она может быть и рыночной по форме (оставаясь политической по существу) - например, Япония, проиграв вторую мировую войну, решила отказаться от политики военных завоеваний, и начала экономическое завоевание рынков других стран. Для этого японское правительство создало целый ряд научных центров, содержащихся за казенный счет, но отдающих результаты своих разработок частным японским фирмам. Результаты такой государственной политики всем хорошо известны - японские фирмы добились господства на мировом рынке бытовой электроники, и играют существенную роль на автомобильном рынке даже в США.

Возвращаясь к Вашему вопросу о том, как конкуренция будет влиять на разработку нанотехнологий, отвечаю - чисто рыночная конкуренция на первоначальном этапе, требующем больших капиталовложений на длительный срок, вряд ли будет играть существенную роль. Основную роль здесь будут играть правительства (т.е. фактор политической и военной конкуренции между странами), и, возможно, очень крупные монополии, которые могут себе позволить такую роскошь (но монополии стоят над конкуренцией). На последующем этапе, этапе распространения уже созданных технологий, рыночная конкуренция сможет сыграть положительную роль, но только до тех пор, пока технологии не станут самовоспроизводящимися, то есть такими, когда частная фирма или предприниматель не станут лишним звеном в цепочке от производства до потребителя, когда потребитель сам сможет управлять процессом производства, без рыночных посредников. С этого момента рынок может оказаться пятым колесом в телеге, ограничивающим использование новых технологий, а не способствующим их распространению. Попросту говоря, те кто владеют правами интеллектуальной собственности на технологические процессы будут ограничивать круг пользователей этих процессов только платежеспособными покупателями.

Например, предположим, что кто-то будет обладать патентом на программу для наномашин, создающую хлеб из воздуха (что вполне реально, ведь в конечном счете хлеб состоит в основном из атомов углерода, водорода и кислорода, в изобилии имеющихся в воздухе, а энергию необходимую для построения этих атомов в необходимом порядке можно взять у солнца, как это в течении тысячелетий делало сельское хозяйство, выращивая пшеницу). Тогда мы можем получить абсурдную ситуацию: наномашины размножаются сами, энергию и материалы для себя добывают сами, но где-нибудь в Африке бедняки по-прежнему не могут досыта наесться хлеба, потому что где-то в Америке сидят владельцы патента на программу и требуют с них денег за копию программного обеспечения для наномашин (которую наномашины также могут сделать совершенно автоматически, без затраты труда). Конечно, защиту этой программы раньше или позже взломают хакеры, и владельцы программы будут жаловаться и называть фантастические цифры понесенного ими денежного ущерба от упущенной выгоды (фантастические, потому что у потенциальных потребителей этих денег изначально не было). И будут натравливать на голодных людей полицию, хотя никакого реального ущерба владельцы авторских прав не несут.

Это, конечно, крайний пример. Но он демонстрирует общую закономерность: суть рынка состоит в ограничении свободы распоряжаться ресурсами посредством присвоения ресурсам стоимости. Рынок способствует эффективному распределению ограниченных ресурсов (таких как материалы или энергия) посредством того что дополнительно ограничивает к ним доступ для тех, кто не умеет этими ресурсами экономно распоряжаться (такие просто разоряются, и, лишившись денег, лишаются права на приобретение ресурсов). Но как только мы пытаемся применить рынок к неограниченным ресурсам (таким, как информация), рынок искусственно превращает неограниченный ресурс в ограниченный и мешает его свободному распространению.

Правда, в условиях 19-го века, когда неограниченный ресурс (информация) была неразрывно связана со своим материальным воплощением в вещах, создававшихся из ограниченных ресурсов (сырья и энергии), повышение эффективности использования этих ограниченных ресурсов посредством рыночных механизмов несомненно вело к прогрессу - уже хотя бы потому, что из сырья, сэкономленного рачительным хозяином, можно было воплотить дополнительные копии овеществленных изобретений.

Это было справедливо и на протяжении большей части 20 века. Но у меня совершенно нет уверенности в том, что рынок будет продолжать приносить прогрессу больше пользы чем вреда и в 21 веке, который уже сейчас многие называют веком информации (в том смысле, что информация все меньше зависит от своего материального воплощения и превращается в самостоятельный продукт).

Я не специалист в области экономики, и мои сужденияљ относительно того что именно обеспечивает наибольшую эффективность (в тех или иных конкретных условиях по тому или иному из вышеупомянутых критериев) - рыночная экономика, плановая экономика, или свободное бесплатное копирование -љљљ могут быть ошибочными, поскольку как неспециалист я могу не знать тех или тонкостей действия того или иного инструмента экономики. Я привожу здесь эти рассуждения лишь для того, чтобы проиллюстрировать следующие положения, для понимания которых не нужно быть специалистом в области экономики, и в справедливости которых я не сомневаюсь:

  1. Ни один экономический инструмент, будь то рынок, план или что-либо еще, не может быть эффективен во всех ситуациях и по всем вышеупомянутым критериям. Его эффективность может меняться в зависимости от уровня технологического развития общества и иных внешних по отношению к экономике факторов.
  2. Экономический инструмент не может быть самоцелью или идеалом общественного развития. Новейшая история России наглядно продемонстрировала нам, что происходит когда целью развития общества провозглашается тот или иной экономический инструмент, например рынок. Я никогда не забуду как в начале 90-х годов один бывший завлаб-экономист, волею судеб оказавшийся премьер-министром, выступал по телевизору. Он что-то долго, самозабвенно и радостно рассказывал про все возрастающую оборачиваемость средств и отрадно растущий процент приватизации. В это же самое время по всей стране стариков хоронили в полиэтиленовых пакетах вместо гробов, поскольку в результате экономических реформ завлаба они лишились своих сбережений "на гроб", копившихся иногда всю жизнь. Но завороженный хорошими (с точки зрения процесса движения к рыночной экономики) экономическими показателями, завлаб похоже даже не осознавал всего ужаса того, что он натворил. В его представлении, видимо, не экономика существует для людей, а люди существуют для экономики (приблизительно в том же смысле, в каком дрова существуют для печки). В тот день я впервые понял, что экономика - это слишком серьезное дело, чтобы можно было доверять его экономистам (подобно тому как война - это слишком серьезное дело, чтобы можно было доверять ее военным).
  3. Технический прогресс может быть и можно обеспечить с помощью чисто экономических инструментов. Но нужно сначала захотеть технического прогресса для того, чтобы начать применять эти инструменты для достижения желанной цели. Внутри рыночной экономики, не ограниченной никакими законами и правилами, такого желания возникнуть не может -в такой ситуации выгоднее всего воровать и грабить, а не вести научные исследования и разработки. Нужны законы и другие внеэкономические факторы, причем не какие-нибудь законы, а именно продиктованные стремлением направить экономику в русло технического прогресса. Стремление к техническому прогрессу лежит вне сферы экономики. Оно лежит в сфере мотивации, а значит в сфере мировоззрения, системы ценностей и идей, то есть в сфере идеологии. Экономика должна быть лишь средством достижения целей, поставленных идеологией. И именно характер идеологии, характер выбранных целейљ будет определять в какую сторону пойдет технический прогресс - станет ли он средством порабощения людей или же средством их раскрепощения.
  4. Экономика должна быть средством приближения к идеалам, формулируемым идеологией, но идеология не может напрямую диктовать каким именно экономическим инструментом должно пользоваться общество для приближения к идеалам, сформулированным в идеологии. Инструмент должен выбираться только исходя из поставленных целей и обстоятельств, при которых эти цели приходится достигать. Критерием выбора может быть только одно - приближает нас тот или иной инструмент к цели или отдаляет от нее. В двадцатом веке Россия дважды попадала в эту ловушку, когда та или иная экономическая система официально признавалась "единственно правильной" с идеологической точки зрения.љ Сначала такой "идеологически правильной" признавалась только плановая экономика, и мы сами себе нанесли немало ущерба, не признавая других экономических инструментов, которые могли бы в некоторых конкретных случаях быть более эффективны, чем чисто плановые методы. Но вместо того, чтобы понять, что выбор экономического инструмента нельзя идеологизировать, в 90-е годы мы просто развернулись на 180 градусов, "единственной идеологически правильной" была официально признана рыночная экономика - и мы нанесли себе несравненно больший ущерб за невероятно короткие сроки, поскольку на рубеже 21 века плановый сектор экономики в развитых капиталистических странах играет определяющую роль в том, что касается технического прогресса. Посмотрите хотя бы на бюджет США, где расписано (распланировано!) сколько денег государство выделяет как государственным организациям, так и частным фирмам на выполнение тех или иных работ, или изготовление тех или иных изделий, причем объем работ и количество изделий расписаны так, как и не снилось советскому госплану. Посмотрите на сумму бюджета и сравните с суммами, обращающимися в чисто рыночном секторе. Вы увидите, что в современной экономике плановым сектором пренебрегать невозможно.
  5. Ни в коем случае не диктуя, какой именно экономический инструмент следует применять в тех или иных обстоятельствах, идеология должна четко определять критерии эффективности экономики, и именно на основании этих критериев должен производиться выбор конкретного инструмента в конкретных условиях. Идеология должна как минимум отвечать на такие вопросы как: "Что для чего существует люди для экономики или экономика для людей?".


>Как мне кажется, рыночная экономика не равна капитализму. ЕЈ идея в конкуренции, в том, что всЈ, продукты, услуги, научные идеи, религии и т.п. распространяются в условиях конкуренции, когда увеличение числа потребителей этого (товара, услуги и т.п.) каким-то образом стимулирует авторов.

Опять встает тот же вопрос о критериях эффективности и о целях, которые мы хотим достичь. Если мы примем в качестве главной цели стимулирование авторов, создающих у потребителей зависимость (иногда почти что наркотическую) от их товаров или услуг - тогда действительно, мы должны выбрать в качестве экономического инструмента рыночную экономику. Например, если у нас есть один автор, создающий полезные и познавательные учебные компьютерные программы для детей, и другой автор, пишущий компьютерные игры типа Doom, ничему детей не учащих и создающих у них почти наркотическую зависимость от игры, то ясно, что в условиях рынка первый автор разориться, а второй будет процветать - если только в этот процесс не вмешаются какие-либо внерыночные силы. В данном случае, такими силами могут быть просвещенные родители, которые не будут давать своим чадам деньги на "наркоподобные" игры. Но это если родители "просвещенные", т.е. выросли "не при рынке", и понимают, что программы написанные первым автором полезнее для их детей, чем написанные вторым. А если родители сами воспитаны на Doom'е? У меня вообще есть сильное подозрение, что в условиях рыночной экономики, не ограниченной никакими другими, внеэкономическими факторами, цивилизация сможет просуществовать не долее жизни одного поколения.

Вообще говоря, прогресс при рыночной экономике обеспечивается не самими рыночными механизмами, а их внеэкономическими регуляторами и ограничителями - такими как культура, право, идеология. Если же никаких ограничений нет, то самым экономически выгодным занятием оказывается самое обыкновенное воровство. С точки зрения соотношения "затраты/прибыль", обыкновенное воровство значительно превосходит инвестиции не только в исследования и разработки новейших технологий, но даже в производство товаров по давно известным технологиям. Новейшая история России самым наглядным образом продемонстрировала это положение.

Мне кажется, что в данный момент в нашей странељ создание действующей системы правового государства гораздо важнее создания свободного рынка. Одна только возможность потребителя судиться с производителем некачественной продукции (и выигрывать у него ощутимые для производителяљ суммы) может улучшить качество продукции гораздо быстрее, чем любая рыночная конкуренция (если рыночная конкуренция вообще способна улучшать качество продукции - обратите внимание, что во всехљ странах, производящих качественную продукцию, существует развитое правовое государство, поэтому у нас нет достаточно данных, чтобы однозначно утверждать, что причиной высокого качества является рыночная экономика, поскольку причиной вполне могла быть правовая система).

Повторяю, я не специалист в области экономики и могу ошибаться, но мне кажется, что представление о рыночной экономике как источнике прогресса и всяческих благ - это большой идеологический миф, и мы на него попались. Мы как всегда принесли здравый смысл в жертву идеологии.

>Точно так же в нанотехе я не смогу получить "чертежи" к самолЈту. Какой самолет мне выбрать? Что делать со спаммерами, которые 100 раз регистрируют свою модель со своим фото на нЈм? :)

Спам - это в первую очередь продукт капитализма. По крайней мере 90% спама приходящего по электронной почте ко мне (не знаю как к Вам) - это коммерческая реклама, то есть попытка обойти противников в конкурентной борьбе чисто информационными способами, вместо того, чтобы предложить товары или услуги более высокого качества, чем у конкурентов.

Остальная (меньшая) часть спама действительно происходит от человеческого тщеславия, которое будет существовать при любом экономическом строе. И если Вы столь смелы, что решитесь лететь на самолете обклеенном портретами неизвестного Вам самодовольного изобретателя - это конечно же Ваше дело (хотя, возможно, Вам запретит это сделать какая-нибудь "воздушная инспекция" - чтобы не было аварий, за порядком в небе все равно кому-то придется наблюдать). Но если Вы решитесь полететь и Вам разрешат это сделать, и самолет разобьется, и следствием будет доказано, что авария произошла из-за плохой конструкции, то изобретатель пойдет под суд. Я думаю, что такой пример отобьет у тщеславных изобретателей охоту выкладывать в сети Нанотех неотработанные и недоведенные до ума конструкции. Но я все равно не рекомендую Вам садиться за штурвал самолета неизвестного происхожденияљ (а также не рекомендую запускать у себя на компьютере *.exe-файлы пришедшие по электронной почте от неизвестных Вам лиц).


>На чем основаны слова о замедлении прогресса в Америке в середине XX века?

Не помню, чтобы я говорил о замедлении прогресса только в Америке и точно в середине 20 века. На самом деле технический прогресс начал замедляться во всем мире (а не только в Америке) с середины 60-х годов двадцатого века (а не точно с середины 20 века). Хорошей мерой для оценки замедления технического прогресса могут служить сделанные в прошлом прогнозы экспертов в различных областях, и сравнение их с тем, что на самом деле сбылось или не сбылось. Прогнозы экспертов, делавшиеся в начале века, почти всегда оказывались более консервативны по сравнению с последующими реальными достижениями. До 60-х годов реальный прогресс опережал прогнозы экспертов. Но большинство прогнозов экспертов сделанных в 60-е годы на двадцать-тридцать лет вперед до сих пор не сбылось, хотя прошло уже сорок лет.

Позволю себе процитировать статью американского ученого Роберта Зубрина (Robert M.Zubrin, "The Significance of the Martian Frontier. Mars as the final hope for Earth." - эта статья имеется на интернете на десятках сайтов, например, по адресуљ http://spot.colorado.edu/~marscase/cfm/articles/frontier.htmlљ Настоятельно рекомендую эту статью всем, кто читает по-английски). В этой статье, в разделе "A Tale of Two Worlds", он говорит (перевод на русский -мой):

"... темпы прогресса в нашем обществе постоянно уменьшаются и с ужасающей скоростью. Для того, чтобы увидеть это, достаточно отойти назад и сравнить изменения, произошедшие за последние 30 лет с теми, что произошли за предыдущие 30 лет и за 30 лет до этого.

Между 1903 и 1933 годом мир революционно преобразился: города были электрифицированы;љ телефоны и радиовещание стали обыденностью; появилось звуковое кино; автомобили сделались практичным средством передвижения; авиацияљ прошла путь от летательного аппарата братьев Райт до моделей DC-3 и Hawker Hurricane. Между 1933 и 1963 годами мир снова изменился - в нем появилось цветное телевидение, спутники связи и межпланетные космические аппараты, компьютеры, антибиотики, акваланги, атомная энергетика, ракеты "Атлас", "Титан" и "Сатурн", Боинг-722 и SR-71. По сравнению с этими изменениями, технологические новшества появившиеся с 1963 года до наших дней [статья написана в 1993 году - А.Л.] незначительны. В течение этого периода должны были бы произойти огромные изменения, но они не произошли. Если бы мы следовали по той же траектории технологического развития что и предыдущие 60 лет, то сегодня у нас уже были бы видеотелефоны, автомобили питающиеся солнечной энергией, поезда на магнитной подушке, термоядерные реакторы, сверхзвуковой межконтинентальный пассажирский транспорт, регулярный пассажирский транспорт на орбиту, подводные города, ведение сельского хозяйства в открытом море, и поселения людей на Луне и Марсе. Вместо этого сегодня мы видим как важные технические разработки, такие как термоядерная энергетика и биотехнология, блокируются или вязнут в политических спорах - мы замедляемся."

Добавлю от себя, что за семь лет прошедших с момента написания статьи, положение ни в одной из перечисленных областей практически не сдвинулось с мертвой точки (возможное исключение составляют видеотелефоны - увеличившаяся мощность процессоров позволила в реальном времени сжимать видеокартинку настолько, что теперь ее можно передавать по обычным телефонным линиям, но это до сих пор удел отдельных энтузиастов интернета, а речь здесь идет о массовом применении технологий - ведь первые видеотелефоны, без сжатия сигнала, появились еще в 1960 годах, но не были доступны широкой публике).

В чем причина возникшего замедления прогресса? Парой абзацев ниже Зубрин пишет:

"...в силу наличия всех существующих инвестиций в другие формы производства электроэнергии, более загрязняющие окружающую среду,љ исследованиям, которые сделали бы практически возможными термоядерные реакторы, было дозволено пребывать в застое."

љЗубрин ратует за освоение Марса, как за средство вывести технический прогресс из застоя:

"Марсианские колонисты будут гораздо более заинтересованы добиться того, чтобы термоядерная энергетика начала работать, и добиваясь этого, они принесут огромную пользу также и своей родной планете Земле."

Иными словами, Зубрин считает, что причина застоя состоит в том, что я называю межпланетным барьером роста. Необходимо преодолеть этот барьер и выйти к тому, что он называет "рубежом" (Frontier) т.е. на просторы, на которых только и может развернуться дух первопроходчества.

В целом я согласен с таким объяснением, но я не считаю его полным. Точно также как в 90-е, и в 30-е годы и 60-е годы человечество уже было заперто в тесных рамках полностью освоенной планеты Земля, но тем не менее прогресс был. И был он потому, что существовала конкуренция - но не между отдельными производителями (практически все уже было монополизировано еще в 30-годы) - а между странами, между разными общественными системами. Ослабление, а в конце концов и гибель СССР имели далеко идущие последствия для технического прогресса во всем мире, поскольку с мировой арены исчез очень важный конкурент. Человечество стало на одну цивилизацию беднее. Ту цивилизацию, которая была более других заинтересована в термоядерной энергетике (поскольку себестоимость нефти, добываемой в жутких условиях заполярья гораздо выше чем у нефти из Персидского Залива) и в выходе к энергетическим ресурсам солнечной системы (одно только освещение приполярных городов полярной ночью зеркалом из космоса сэкономило бы уйму нефти). Переход на другую энергетику и выход в космос смогли бы переломить ситуацию технического застоя во всем мире.

Подводя итоги, я могу сказать следующее: конкуренция всегда играла важную роль в техническом прогрессе, но основной движущей силой технического прогресса в 20 веке была не рыночная конкуренция, а конкуренция между двумя различными цивилизациями на планете Земля - западной цивилизацией и советской цивилизацией. Гибель Советского Союза привела к исчезновению важнейшего фактора технического прогресса всего человечества, и, как следствие, к замедлению технического прогресса в конце 20 века и увеличению вероятности попадания земной цивилизации в ловушку ограниченных ресурсов.

С уважением,

Александр Лазаревич


См. также предварительный план книги "Советия"

Hosted by uCoz