Продолжают поступать письма от возмущенного читателя "Сети Нанотех" Алексея В.Лебедева. Кратко напомню о чем идет речь. Вскоре после публикации моей повести "Сеть "Нанотех"", он прислал мне свое первое письмо, в котором заявил, что научно-техническая идея произведения представляется ему "скорее затасканной, чем оригинальной", и что я "изобретаю велосипед". При этом он сослался на роман С.Лема "Осмотр на месте". После чего он вдруг сказал "но для Вас, конечно, важнее политика чем техника" и оставшуюся часть письма критиковал мои политические взгляды (точнее - свое представление о моих политических взглядах).

Поскольку техника для меня ничуть не менее важна чем то, что мой оппонент назвал "политикой" (на самом деле имеется в виду идеология, а не политика - вещи взаимосвязанные, но все же разные), и поскольку я не читал упомянутый роман, в своем ответе я попросил его, а также всех читателей, читавших Лема, сообщить мне, в чем по их мнению состоит сходство его идей с моими. Я также указал г-ну Лебедеву на некоторую разницу между тем, что на самом деле написано в моей повести, и тем, что он вынес из ее прочтения (по-моему, крайне невнимательного). (Для интересующихся привожу полный текст той страницы, на которой было опубликовано первое письмо А.Лебедева и мой ответ на него)

Второе письмо от г-на Лебедева пришло очень быстро. В нем он писал что мог бы доказать свои утверждения по поводу Лема конкретными цитатами, но не хочет зря занимать пространство на моей странице. После этого он опять перешел к рассуждениям на политические темы. Поскольку на мой взгляд второе письмо не содержало по сравнению с первым ничего принципиально нового, я решил второе письмо не публиковать. Впрочем, одно отличие все же было - во втором письме г-н Лебедев подчеркнул, что он недоволен не только коммунистами, которых он раскритиковал в своем первом письме, но и нынешним режимом.

Вскоре после того, как я опубликовал на своей странице ответ на письмо другого читателя, скрывшегося под псевдонимом "Алекс Пушкин", пришло еще одно письмо от Алексея В.Лебедева следующего содержания:

Здравствуйте!
1. Поскольку вы не выложили вторую часть нашей дискуссии, я по-прежнему выставлен вами человеком, знакомым с повестью "в дурном пересказе",видящим не то, что есть, да еще и защитником кремлевских начальников с их отпрысками. Это неприятно, тем более что это неправда.
2. Вы используете вопросы читателей как повод для пространного изложения своих взглядов. Не обижайтесь, но эта манера здорово напоминает М.С.Горбачева.
3. Ваши доводы "Алексу Пушкину" не слишком убедительны: по-вашему, нынешнее правительство "захватило" власть (какой смысл вы вкладываете в это слово?), а народ за последние шесть (или больше?) лет абсолютно ничего не мог поделать - как будто не было всех этих выборов и референдумов. Вы совсем не верите в демократию?
4. Конечно, ожидание кибер-Мессии лучше, чем чем вооруженное восстание. Но неужели, по-вашему, третьего не дано?

Итак, отвечаю по пунктам:

1. Поскольку Вы считаете, что "непубликация" Вашего второго письма каким-то образом задевает Вас лично, я публикую его здесь в качестве приложения к данной странице.

2. "Не обижайтесь, но эта манера здорово напоминает М.С.Горбачева"

Вот на это я как раз не обижаюсь. Михаил Сергеевич конечно спорная личность, и я тоже согласен далеко не со всеми его взглядами и поступками, но тут-то он как раз был прав (с чисто тактической точки зрения): если у тебя есть какая-то оригинальная идея, которая представляется тебе важной (правильна она или нет - другой вопрос, это покажет время), необходимо использовать для ее распространения любое выступление на публике (заметьте, что мы могли видеть только как Горбачев отвечает на вопросы на публике, а как он отвечает на вопросы в частной беседе мы не знаем). Выступление на Web-странице - это тоже публичное выступление, поскольку ее читает совершенно неопределенный круг людей. Более того, Горбачев распространял свои взгляды по государственному телевидению (то есть за счет налогоплательщиков) и сразу по нескольким программам, что лишало телезрителей выбора - смотреть это или не смотреть. В отличие от этого, я сам оплачиваю свою страницу в Интернете, а у Вас остается огромный выбор - миллионы других страниц в Интернете. (Вы даже можете открыть свою собственную страницу и критиковать меня там сколько угодно - готов сделать на нее ссылку со своей страницы, поскольку нет лучшей рекламы для произведения чем разносная критика.) А если Вам не интересно, никто Вас читать не заставляет. Поэтому я считаю что в данном случае все в порядке не только с тактической, но и с этической точки зрения.

3. "Ваши доводы "Алексу Пушкину" не слишком убедительны: по-вашему, нынешнее правительство "захватило" власть"

Г-н Лебедев, еще раз убедительно Вас прошу: внимательнее читайте те тексты по которым Вы хотите задать вопрос. В ответе "Алексу Пушкину" речь шла вовсе не о нынешнем правительстве, а о повести "Повелитель Марса" (вторая часть дилогии "Червь"), действие которой происходит в 2019 году, когда у власти в Московии оказывается правительство "зеленых", поставившее своей целью уничтожить всю технику, как причину экологической катастрофы, а заодно и последние остатки советского народа, как носителя техницистких идей.

"Вы совсем не верите в демократию?"

Я верю, что теоретически возможны такие условия, при которых демократия сможет приносить пользу как всему обществу, так и отдельным его членам. Необходимым (но, возможно, недостаточным) условием для этого является наличие среди населения не менее 51% очень хорошо образованных людей, способных принимать ответственные решения на основании понимания того что для них объективно выгодно, а что нет, не поддаваясь при этом давлению пропаганды. (Как показала история последнего десятилетия, в нашей стране это условие не выполняется).

Я также абсолютно уверен в том, что бывают такие условия, при которых демократия способна превратиться в орудие диктатуры. Чтобы не быть голословным приведу такой "теоретический" пример. Допустим в некоторой демократической стране имеется некая "олигархия", составляющая менее одного процента населения, но захватившая контроль над средствами массовой информации, прежде всего телевидением (это не противоречит предположению о том, что страна демократическая - процесс монополизации средств массовой информации может происходить в силу чисто экономических причин, никак не связанных с политическим строем страны). Допустим также, что кроме этого одного процента населения существует еще 10-15% процентов населения получающего какие-то, пусть даже незначительные, выгоды от того, что у власти находится "олигархия". Назовем эти 10-15% процентов социальной опорой режима. Среди любой популяции всегда найдутся еще 10-15% населения легко поддающихся внушению и "промыванию мозгов" с помощью телевидения. Власть "олигархии" может быть объективно невыгодна этим легко внушаемым людям, но они все равно будут поддерживать режим по принципу: "нынешняя власть отняла у меня все, но я благодарен ей за то, что она дала мне свободу!". Если сложить "социальную опору" с "внушаемыми", получим 25-30% политически активного населения, которое обязательно придет к избирательным урнам и проголосует за власть "олигархии". А если теперь еще учесть политическую апатию остального населения (старательно культивируемую "олигархией"), в результате которой на избирательные участки приходит меньше 50% от общего числа избирателей, то эти 25% политически активных сторонников "олигархии" оказываются в большинстве. Таким образом, формально ничуть не нарушая принципов демократии, 10% населения легко могут осуществлять диктатуру над остальными 90%.

Чтобы предупредить возможные вопросы по поводу вышесказанного, должен сразу заметить, что я вовсе не призываю свергать "олигархию" с помощью вооруженного восстания. Я вообще считаю, что эпоха бегания по улицам с ружьями медленно, но неуклонно, уходит в прошлое. То есть, конечно, всякие "эксцессы" время от времени неизбежно будут случаться, но массы не будут их поддерживать. Причин тому несколько: во-первых, ядерное оружие - все понимают, что любой крупный вооруженный конфликт всегда может перерасти в ядерный, и тогда уже не выиграет никто. Во-вторых, с развитием техники жизнь человека стала все в большей степени зависеть от нормального функционирования самых разнообразных технических систем (в первую очередь от электростанций и систем связи), неизбежное разрушение которых в ходе военных действий приводит к последствиям ненамного лучшим чем последствия ядерного удара. В третьих, стоимость отдельно взятой человеческой жизни в развитых странах за последнее столетие выросла на много порядков - если раньше в типичной семье было 10-15 детей, из которых должно было дожить до старости только двое-трое, остальные были как бы "про запас" - на случай всяких эпидемий (ну и, конечно, войн), то сегодня такого "запаса" просто нет - в типичной семье сегодня от одного до трех детей и дожить до старости должны все, иначе неизбежны тяжелые последствия для демографии. В обучение каждого из этих одного-трех детей вложено на много порядков больше средств, чем в обучение их пра-прадедов, и общество ожидает получить с этих вкладов определенные дивиденты.

Кстати, мы уже имели возможность наблюдать что из себя представляет война будущего, то есть война без применения оружия (точнее оружия в традиционном смысле слова). За все время сорокапятилетней "холодной" войны между СССР и США стороны не сделали ни одного прямого выстрела в противника. Тем не менее, проигравшая страна сейчас уже попросту не существует, а то что осталось от ее экономики лежит в руинах (производство во многих отраслях упало до 10% от прежнего уровня). Каким образом удалось это сделать? Было испробовано много различных подходов, но решающим, на мой взгляд, оказалось применение нового типа оружия - идеологического оружия, суть которого состоит не в физическом уничтожении противника, а в изменении системы его взглядов. Здесь просматривается четкая аналогия между компьютерными вирусами и идеологиями. Впрочем это большая тема, требующая обстоятельного и серьезного разговора, так что в ближайшее время я намерен посвятить ей отдельную страницу.

Здесь же я лишь хотел заметить, что если мы хотим жить в такой стране, в какой мы хотим жить, а не в нынешнем бардаке, нам надо научиться обезвреживать идеологическое оружие противника. Революция должна произойти не на улице - она должна произойти в умах людей. И если эти люди живут при демократии, то вооруженного восстания может вообще не потребоваться - они просто придут к избирательным урнам и проголосуют за изменение режима, невзирая ни на какую пропаганду.

Так что возвращаясь к Вашему вопросу, "верю ли я в демократию", могу сказать что "вера" здесь вообще не причем. Я вижу, что демократия в сегодняшних условиях приводит к катастрофическим результатам, но с другой стороны я прекрасно понимаю, что только демократия дает шанс изменить сложившуюся ситуацию мирным путем, без кровопролития. (Хотя, конечно, всегда остается опасность, что "олигархия" не отдаст свои привилегии без боя. Но для того и нужен технический прогресс, чтобы перестать наконец играть в игру с нулевой суммой, когда для того, чтобы что-то дать одним, приходится отбирать от других, и перейти наконец к игре с положительной суммой, при которой, как сказал идеолог нанотехнологии Эрик Дрекслер в своей знаменитой книге Engines of Creation, "богатые становятся богаче, а бедные тоже становятся богаче").

И то что я делаю, нацелено именно на мирную революцию в умах, на разрушение определенных стереотипов, на мой взгляд вредных. Мои сочинения, в том числе "Сеть "Нанотех"" - это попытки самостоятельно изготовить "антивирус" против некоторых идеологических "вирусов" заброшенных к нам еще во времена "холодной" войны и продолжающих опустошать нашу страну. (Раз уж нам объявили, что холодная война закончилась, так давайте уж, как минимум, проведем "разминирование". Я готов согласиться с тем, что попытки мои - весьма кустарные, и что заниматься этим должны профессиональные идеологи. Но к сожалению, наши профессиональные идеологи еще до падения советской власти работали очень непрофессионально, а после падения и вовсе куда-то разбежались.)

Конкретно, "Сеть "Нанотех"" была нацелена против постоянно повторяемого нынешней пропагандой тезиса о том, что капитализм является высшим достижением истории человечества, что он наиболее полно соответствует человеческой природе, и что в силу этого он вечен. Я всего-навсего построил "контрпример", основанный на анализе современных тенденций развития техники, показывающий какие изменения в устройстве общества могут вызвать эти технологии. Вполне вероятно, что изменения эти будут настолько глубоки, что термин "капитализм" невозможно будет применить к обществу будущего даже с очень большой натяжкой.

4."Конечно, ожидание кибер-Мессии лучше, чем вооруженное восстание. Но неужели, по-вашему, третьего не дано?"

Я надеюсь, что ответом по пункту 3 я также ответил и на этот вопрос. Здесь же лишь хочу подчеркнуть, что никаких "мессий" я в своих произведениях описывать не собирался. Тот факт, что все события в повести сосредоточены вокруг одного главного героя вовсе не означает, будто я считаю, что глубокие изменения в жизни общества могут быть осуществлены одним-единственным человеком. Если бы Вы читали повесть внимательно, то заметили бы, что там говориться о том, что коммунизм придет на смену капитализму в силу такого же естественно-исторического процесса, какой в свое время имел место при смене феодализма капитализмом (утверждение резко отличающееся от того, что говорил Маркс).

Мне пришлось свести число персонажей к минимуму для того, чтобы максимально сократить объем произведения. Здесь наверное надо пояснить, что на писателя-непрофессионала (то есть ничего не зарабатывающего на своих сочинениях) экономические факторы действуют в прямо противоположную сторону по сравнению с профессионалом. Профессионал заинтересован в максимальном "раздутии" объема своего произведения - чем больше объем, тем больше гонорар. Для непрофессионала же каждая лишняя строчка обходится очень дорого - она отнимает у него время, которое он мог бы потратить на зарабатывание денег своей основной профессией (к сожалению Нанотех еще не наступил и деньги считать приходится). Кроме того, чем больше объем файла, тем больше проблем с его распространением - меньше вероятности, что читатели станут скачивать большой файл при наших отвратительных телефонных линиях, и еще меньше вероятности, что распечатают его на принтере при нынешних ценах на бумагу. Я сделал все от меня зависящее, чтобы в тексте повести практически не было "воды". Получившийся текст - это своего рода "сухой концентрат", где каждое слово является значимым, и который ни в коем случае нельзя читать "по диагонали", иначе неизбежно его неправильное понимание.

Перейдем теперь к Вашему второму письму:

Полный текст второго письма от Алексея В.Лебедева:

Здравствуйте!

Не уверен, что в Ваших интересах было делать нашу переписку открытой. Пророкам скептики всегда мешают. Впрочем, дело хозяйское. Жаль, что Вы сочли мое письмо ругательным, а вопросы риторическими. Они продиктованы искренним любопытством в сочетании с естественной озабоченностью: хотелось бы как-то подготовиться на тот случай, если к власти вдруг придут Ваши единомышленники. Ортодоксальным коммунистом я назвал Вас в противоположность национал-коммунистам ("красно-коричневым"), так что это скорее не ругательство, а комплимент.

В 1982 году действительно "Интернет еще был в зародыше, о холодном термоядерном синтезе еще никто не говорил", однако Лем предсказал и это, и гораздо большее. В этом и проявился его талант фантаста и футуролога. Мог бы доказать это цитатами, да не хочу зря занимать чужоe пространство. Буду писать от себя, развивая "самостоятельное мышление".

Я говорил об отношении советской власти к науке, приводя общеизвестные факты. Ничего личного в этом нет. Во всяком случае, я не верю, что ради спасения русского народа обязательно надо было убивать академика Вавилова. А убеждения Ваши действительно представляют интерес. Ну, для примера, представьте себе современного немца, утверждающего, что если бы не Гитлер, то сегодня никто бы не говорил на немецком.

"Нанотех устроен так, что Вы можете им пользоваться только тогда, когда Вы сами этого захотите. Можете вообще забыть про его существование, если Вам эта идея не нравиться, и жить так, как будто он вообще не существует."

Да не сможет этого никто забыть! Это же очевидно. Ведь невероятно и необратимо изменится весь строй окружающей жизни. Ну, политиков, Вам, понятно, не жалко. Так подумайте о честных тружениках, рабочих и крестьянах, чьим смыслом жизни были труд и служение Родине, и которые теперь увидят, что вся их жизнь, все заслуги, навыки и умения перед лицом нового мира в одночасье стали ненужными и бессмысленными; что теперь любой лентяй и ничтожество сможет жить не хуже них. Собственно, подобные вещи уже происходят, хотя и по причинам прямо противоположным, и всем ясно, какой это вызывает психологический шок у населения.

"Разум (более корректно - разумное поведение) - это поведение не предопределенное инстинктами."

А кто может сказать - что чем определено? На мой взгляд, провести границу между разумом и инстинктом невозможно, да и не нужно. Во всяком случае, в обыденной жизни нам это не дано. Кстати, сошлюсь на классические эксперименты по гипнозу. Человека программировали на некую последовательность произвольных действий, затем по выходе из гипноза он бессознательно совершал эти действия, а потом придумывал им рациональное объяснение (явно "притянутое за уши" для наблюдателей и совершенно логичное для испытуемого). Не знаю, есть ли что-нибудь ненадежнее, чем человеческие представления о разумном.

Если представить, что Ваш Левшов - не функция, а живой человек, то он не Мессия, а продукт конкретной исторической эпохи с соответствующими реакциями и представлениями о мире (с учетом социального положения и естественного разнообразия). Да, он предупреждает об опасностях нанотехнологии в руках своих врагов. Но сколько мы видим в истории примеров, когда различные деятели и движения, вначале с искренним негодованием разоблачая своих противников, позже под давлением обстоятельств перенимали их методы. Сколько пламенных борцов за свободу и справедливость (поодиночке и группами) превращались в безжалостных палачей. Я очень ясно вижу эту картину, когда Ваш герой, теряя терпение от людского несовершенства, поддается искушению "подправить" их техническим путем, что, разумеется, сразу приводит к существенному "прогрессу", а там пошло-поехало...

Да, Левшов говорит много правильных слов (цитировать их нет необходимости), под значительной частью которых я сам готов подписаться. Но мало что ли красивых речей мы слышали, хотя бы за последние десять лет!

Вы пишите о правящей элите, "коррумпированной верхушке". Так ведь она нас не с неба свалилась! Советские наши вожди строго следили за рабоче-крестьянским происхождением. Да и совсем недавно пришедшие к власти "так называемые демократы" - кто откуда (в том числе, многие из институтов и лабораторий). Кто знает, не попали бы во власть, всю жизнь прожили бы приличными людьми, никто бы слова плохого не сказал.

Если бы кому-то из защитников Белого Дома в 91-ом сказали бы, что Ельцин впоследствии устроит штурм этого дома, а затем и Чеченскую войну, никто бы не поверил. Самое смешное, я думаю, что если бы сказали это Ельцину, то он бы и сам не поверил!

Я к чему клоню: человеку не дано знать истинных мотивов своей деятельности, своих потенциальных способностей (как в лучшую, так и в худшую сторону), а тем более далеко идущих последствий своей деятельности, не говоря уж о деятельности своих последователей. Благими намерениями вымощена дорога в Ад.

Так что мой "дурной пересказ" - это зеркало нашего безумного мира. Мира, где о природе человека свидетельствуют Освенцим и Гулаг, Хиросима и Чернобыль, Вьетнам и Чечня и т.д. и т.п. Это Вы не слышите их инфернальные голоса, отгораживаетесь от реальности своим утопическим рационализмом и романтикой. Словно живете не в 20ом веке, а в 18-ом.

Знаете, что меня по-настоящему возмутило в Вашей повести? Не "коммунизм", нет. Возмутительна ее наивность. Если с чем сравнивать, так это со сказкой, в которой добрый волшебник сделал волшебную палочку, и стоит ей махнуть, как всем станет хорошо. Я не против сказок. Просто, когда их пытаются "сделать былью", они имеют тенденцию превращаться в кошмары. А в большем кошмаре, чем у нас есть , я жить не хочу.

Вот и вся моя ругань.

С наилучшими пожеланиями, Алексей В. Лебедев

 

Итак, по порядку:

"Жаль, что Вы сочли мое письмо ругательным, а вопросы риторическими. Они продиктованы искренним любопытством [:]"

В таком случае, приготовьтесь к тому, что я буду отвечать очень подробно и многословно - не могу не удовлетворить любопытство, если оно искренне.

"[:] в сочетании с естественной озабоченностью: хотелось бы как-то подготовиться на тот случай, если к власти вдруг придут Ваши единомышленники."

Могу Вас сразу успокоить: напрасно Вам мерещутся некие мои "единомышленники", идущие к власти с оружием в руках. В своей повести я просто исходил из нынешних тенденций технического прогресса (микроминиатюризация, автоматизация, и объединение всей информации в одну глобальную сеть), несколько их драматизировав, сведя все к одному изобретателю - об этом я уже писал в письме "Алексу Пушкину", поэтому не буду здесь повторяться. То что описано в повести раньше или позже все равно произойдет, причем произойдет без беготни с ружьями по улице и без взятия зимних дворцов или белых домов (хотя может быть произойдет не так внезапно как это описано в повести, но это уже особенности жанра). Точнее, то, что касается технической стороны, произойдет неизбежно, в силу внутренней логики развития техники, а вот каковы будут социальные последствия - это в первую очередь зависит от состояния умов тех людей, которые будут жить в этом новом мире, возникшем в результате появления новых технологий. Если они будут верить основному тезису нынешней пропаганды о том, что капитализм - это вершина развития человеческого общества, максимально соответствующая человеческой природе, они превратят свою жизнь в еще больший ад, чем тот, который мы сейчас наблюдаем вокруг себя. Ибо сегодня капитализм еще не совсем изжил себя, он все еще выполняет определенную прогрессивную роль - деньги это единственный способ принудить людей выполнять ту работу, которая им не нравится и неинтересна. Но задумывались ли Вы о том, что будет, когда такой неприятной работы просто не останется (всю ее на себя возьмет "умная" техника). Какую роль тогда будут играть деньги? Не превратятся ли они просто в средство осуществления власти одних людей над другими?

":однако Лем предсказал и это, и гораздо большее. [:] Мог бы доказать это цитатами, да не хочу зря занимать чужоe пространство."

 

Вы походя бросили в мой адрес очень серьезное обвинение - обвинение в плагиате, не удосужившись привести доказательства, даже после того как я попросил Вас это сделать.

Мне самому пришлось отыскать файл с текстом романа С.Лема "Осмотр на месте". Читать с экрана ужасно неудобно, поэтому я мог только очень бегло просмотреть его. Если я ошибаюсь, пусть Вы или другие читатели читавшие этот роман меня поправят, но общее впечатление у меня сложилось следующее.

Лем описывает свою систему на чисто концептуальном уровне. Никакой конкретной технической реализации не предлагается. Те немногие конкретные "технические" описания, которые все же приводятся, ссылаются на неоткрытые еще современной наукой законы природы, что не удивительно, поскольку в качестве элементов системы используются устройства субатомных размеров, а современной науке не известно существование сложных устройств таких размеров.

В отличие от этого, элементами сети Нанотех являются устройства размеров сравнимых с бактериями, и их принципиальная осуществимость доказывается уже самим фактом существования обычных бактерий, тоже являющихся очень сложными молекулярными машинами.

Еще более важными, на мой взгляд принципиальными, различиями являются различия в функциональных возможностях систем.

Попытаюсь сформулировать отличия в виде патентной формулы (то есть сначала изложу то, что уже придумано другими, а затем, после слов "отличающаяся тем, что:" перечислю "элементы новизны")

Итак, в повести Сеть Нанотех описана:

Система для обеспечения потребностей людей, состоящая из астрономически большого числа элементов размером меньше различимого невооруженным глазом, распределенных в окружающей среде, способных хранить информацию и обмениваться между собой информацией, и оказывать физическое воздействие на окружающую среду, (это то, что есть у Лема)

отличающаяся тем, что

  1. ее элементы обладают способностью к саморазмножению; (это самое главное отличие - Лемовские "шустры" изготавливались на фабрике, а концентрация средств производства в специально отведенных местах (заводах, фабриках) приводит к совершенно иному устройству общества (необходимость в обмене или торговле), по сравнению с "индивидуальным" производством)
  2. ее элементы обладают способностью к добыче материалов, из которых строится система, непосредственно из окружающей среды;
  3. ее элементы обладают способностью к добыче энергии, необходимой для функционирования системы, из вещества окружающей среды;
  4. ее элементы, живущие внутри человеческого организма, обладают способностью вырабатывать питательные вещества, необходимые для жизни этого организма;
  5. каждый элемент способен осуществлять механическое соединение с заранее заданными свойствами (прочность, жесткость и т.д.) с другими элементами, создавая таким образом любые макроскопические тела ("вещи") по программе, получаемой из любой части системы, причем эти связи могут быть в любой момент разорваны или изменены, для того, чтобы создать из этих элементов другую вещь (так называемые "живые вещи")
  6. каждая группа ее элементов, живущая в одном человеческом организме, имеет свой адрес в системе, подобный адресу узла в интернете;
  7. каждая такая группа по п.6 имеет информационный интерфейс с нервными волокнами человеческого организма, что позволяет передавать информацию из системы в человеческий мозг и получать от него команды без посредничества макроскопических устройств ввода-вывода
  8. благодаря интерфейсу по п.7 система может предоставить пользователю интерфейс в виде виртуального пространства, в принципе неотличимого, с точки зрения пользователя, от реального пространства.

Это только некоторые из функциональных возможностей. Я не буду здесь описывать элементы новизны в предлагаемой реализации - для этого пришлось бы пересказать почти всю повесть, но по-моему и этого достаточно, чтобы понять что в сети "Нанотех" речь идет о совершенно других вещах, имеющих мало отношения к Лемовскому роману.

"Ну, для примера, представьте себе современного немца, утверждающего, что если бы не Гитлер, то сегодня никто бы не говорил на немецком."

Если это по поводу моего замечания, что если бы не Советский Союз, то сейчас на русском языке никто бы уже не разговаривал, то Ваш "пример" представляется мне весьма неудачным. Нельзя ставить знак равенства между Советским Союзом и фашистской Германией, как это пытаются делать сейчас некоторые историки. В Германии фашизм правил в чистой форме, в СССР же он вынужден был мимикрировать, подделываться под коммунизм.

Фашизм взывает к естественному, природному началу в человеке, к его инстинктам, к "голосу крови", и поэтому он так легко усваивается массами. Коммунизм же, напротив, обращен к разуму (извините, не могу выкинуть это слово из лексикона только потому, что оно Вам не нравиться), а разум часто находится в противоречии с природой, жить по разуму очень сложно, и в чистом виде наверное невозможно. Упрощая, можно сказать, что история фашистской Германии - это история торжества агрессивных инстинктов, а история СССР - это трагическая история борьбы разума с инстинктами, борьбы, в которой инстинкты, к сожалению, часто одерживали победу, но и разум тоже иногда побеждал.

А теперь что касается конкретно моего замечания, о том что было бы "если бы:". Вообще-то я сторонник той точки зрения, что история не терпит сослагательного наклонения, поскольку изменение одного исторического события тут же вызывает изменения во всех остальных связанных с ним событиях. Но в данном конкретном случае история поставила "контрольный эксперимент". Для того, чтобы судить о том, что произошло бы если бы не было революции 1917 года, мы можем использовать результаты контрреволюции 1991 года, в значительной степени "отменившей" результаты Октябрьской революции. Сегодня уже вполне очевидно, что при попытке вписаться в мировое капиталистическое разделение труда Россия неизбежно превращается в сырьевой придаток Запада. При этом население страны быстро сокращается, а науки упраздняются, поскольку Западу здесь нужны именно природные ресурсы, а не население, и тем более не конкурент в области высоких технологий. Я не знаю, хватило бы 80 лет на то, чтобы полностью свести к нулю "русскоязычное население" России, поскольку очень трудно предсказывать скорость перехода остатков населения на использование языка победителей. Возможно, что для того, чтобы полностью выкорчевать русский язык потребовалось бы гораздо меньше чем 80 лет, если бы Гитлер все же пришел к власти в Германии несмотря на то, что Октябрьской революции в России не произошло (его приход к власти мог бы не потребоваться Германии, если бы ей удалось к 1930-ым годам захватить царскую Россию чисто экономическими методами - а в 1913 году все шло к этому). Но если бы он все же пришел к власти и пошел на восток расширять жизненное пространство, то Россия, не проведшая индустриализацию, не могла бы ему противостоять. А уж какие у Гитлера были планы относительно русского населения хорошо известно из истории.

Теперь что касается "общеизвестных" фактов, которые Вы приводите в подтверждения своей точки зрения на историю СССР вообще, и об отношении советской власти к науке в частности. Я мог бы привести Вам в ответ факты подтверждающие прямо противоположную точку зрения, но я не буду этого делать, потому что тогда Вы приведете факты ее опровергающую, я Вам - новые факты ее подтверждающие, и мы рискуем сорваться в бессмысленную и бесконечную игру которая никому ничего не доказывает и совершенно неконструктивна. Спорить о том, чем был Советский Союз - "Империей зла" или прогрессивным явлением в истории человечества, это все равно что спорить о том, что представляет из себя электрон - волну или частицу. Единственным правильным ответом в обоих случаях может быть: "и то и другое, и не то и не другое одновременно". И аналогия здесь гораздо более глубокая, чем может показаться на первый взгляд. В обоих случаях мы пытаемся применить логику и понятия, выработанные в нашем повседневном опыте, далеко за пределами их применимости - в случае электрона мы пытаемся описать микрообъект используя образы макроскопических бильярдных шаров или волн на воде; в случае истории мы пытаемся использовать язык, исторически развившийся как средство общения внутри рода или общины, состоявших из нескольких десятков или, максимум, сотен человек, к системе из сотен миллионов человек (именно системе, пронизанной тысячами миллионов взаимосвязей, а не произвольному множеству никак не связанных между собой людей), и при этом эта система погружена в еще более сложную систему, называемую человечеством. Я считаю, что к таким сложным системам как большие страны и все человечество в целом вполне применим Принцип Дополнительности Бора: "Противоречащие друг другу описания не исключают, а дополняют друг друга." Я уверен в том, что историки еще не раз перепишут историю СССР, и каждый раз она будет меняться до неузнаваемости. И дело здесь не только в продажности историков, готовых отрабатывать политические установки любой новой власти (хотя и без этого тоже не обходится). У этого явления есть еще и более глубокие, гносеологические, корни.

Рискуя заработать от Вас еще один упрек в том, что я отклоняюсь от предложенной Вами темы, я все же хочу напомнить что такое Принцип Дополнительности Бора тем читателям этой страницы, которые могут этого не знать, и для этого воспользуюсь своим любимым примером. Есть такая головоломка: "Можно ли согнуть из куска проволоки такую фигуру, которая при взгляде сверху будет выглядеть как буква "О", при взгляде спереди как буква "Т", а при взгляде сбоку как буква "Г"?" На первый взгляд кажется что это невозможно, однако чуть-чуть подумав можно согнуть из проволочки колечко и отогнуть оставшийся "хвостик" перпендикулярно плоскости колечка (См. прилагаемый рисунок).Можно до хрипоты спорить о том, что изображает этот кусочек проволоки: букву "О", букву "Т", или букву "Г"? Любое из трех взаимоисключающих описаний одновременно "правильно" и "неправильно", ибо отражает лишь часть действительности, лишь проекцию объемной фигуры на плоскость. Для того, чтобы понять, что же на самом деле представляет из себя объемная фигура, если мы не можем видеть ее саму, а лишь ее проекции, мы должны использовать все три взаимоисключающих описания вместе, должны заставить их дополнять друг друга. В случае с историей, мы не можем видеть саму Историю, мы можем лишь видеть ее "проекции на плоскость", то есть ее описания, причем описания эти сильно зависят от выбранной точки зрения. Для того, чтобы восстановить исходный объект, нам надо не отвергать описания, противоречащие нашим точкам зрения, а дополнять ими свои точки зрения. Но при этом надо помнить, что История - это не трехмерный объект для восстановления которого достаточно три проекции. Размерность ее гораздо больше и возможно приближается к бесконечности.

Я готов согласиться, что Ваша точка зрения на историю "правильна". Я даже готов согласиться, что моя точка зрения "неправильна". Но я никогда не соглашусь с тем, что Ваша точка зрения "правильнее" моей, или что моя точка зрения более "неправильная" чем Ваша. (Если такое утверждение кажется Вам парадоксом, перечитайте предыдущий абзац.)

И еще я никогда не соглашусь, с тем, что Ваша точка зрения конструктивнее моей. Этот момент я хотел бы подчеркнуть особо. Тот факт, что различные точки зрения одинаково "правильны" (или "неправильны") еще не означает что они одинаково полезны. История - это не просто беспристрастное описание прошлого. Она способна менять наше восприятие действительности, наше поведение, а значит и наше будущее. Утверждение о том что бытие определяет сознание правильно, но неполно - от сознания идет множество обратных связей к бытию. Тот хаос и варварство, в которые наша страна погрузилась после 1991 года, во многом обусловлены той точкой зрения согласно которой все в советской истории было плохо, все не как у людей. Отсюда прямо следовал вывод о необходимости немедленного разрушения всего советского - и до основания (вместо постепенных, эволюционных реформ). Ну вот мы и живем сегодня на руинах.

"Так подумайте о честных тружениках, рабочих и крестьянах, чьим смыслом жизни были труд и служение Родине, и которые теперь увидят, что вся их жизнь, все заслуги, навыки и умения перед лицом нового мира в одночасье стали ненужными и бессмысленными; что теперь любой лентяй и ничтожество сможет жить не хуже них. Собственно, подобные вещи уже происходят, хотя и по причинам прямо противоположным, и всем ясно, какой это вызывает психологический шок у населения."

Мне не совсем понятно, что Вы от меня-то хотите. Чтобы я отменил технический прогресс? Ведь причины-то как раз не противоположные, а те же самые: производство товаров потребления становится все более автоматизированным, и, соответственно, все меньше ценится физический труд. Возникает проблема: как должно будет распределяться растущее богатство? Если не по физическому труду, то по какому такому новому критерию? И то, что мы сейчас вокруг себя наблюдаем, и есть ответ капитализма на этот вопрос: распределение при капитализме будет происходить по тем же принципам, по которым оно происходит в любом обезьяньем стаде - сначала вожаку, потом его прихвостням, а потом уже всему стаду, при этом положение в социальной иерархии стада определяется в ходе борьбы за власть. Так что "честные труженики", о которых Вы так печетесь, при капитализме обязательно будут жить хуже, чем "лентяи и ничтожества" с крепкими локтями, умеющие пробиваться наверх.

Мне представляется, что в складывающейся ситуации необходимо стремиться к построению такого общества, в котором главной ценностью был бы признан творческий труд, а не прислуживание начальству или расталкивание локтями скопившихся у кормушки. Только тогда мы можем рассчитывать на то, что технический прогресс не заглохнет, а будет продолжать увеличивать совокупное общественное богатство. А что касается "честных тружеников", то их надо учить творческому труду взамен физического. Разумеется, талант прорежется не у всех, но благоприятные условия надо создать всем, потому что иначе он не прорежется ни у кого: свободное раскованное творчество на благо всего человечества несовместимо с постоянным страхом что у тебя отнимут последний кусок хлеба.

"На мой взгляд, провести границу между разумом и инстинктом невозможно, да и не нужно."

В общем случае может быть и невозможно, но в повести-то рассматривается вполне конкретный случай конфликта между разумом и инстинктом. Попытаюсь еще раз объяснить Вам о чем там идет речь, вообще не используя слово "разум", раз уж оно Вам так не нравится.

Для того, чтобы любое живое существо могло выжить, ему необходимо иметь внутри себя какую-то модель окружающей действительности, определяющую его поведение. На ранних этапах эволюции жизни, когда еще не было на Земле существ с большим мозгом, информация о внешней среде намертво "прошивалась" в устройстве нервной системы животного. Я говорю "намертво", поскольку каждое конкретное животное рождалось и умирало с одной и той же "схемой" нервной системы: схема эта была записана в генах, а гены на протяжении жизни индивидуума не изменяются. Можно сказать, что такое животное аналогично такому компьютеру, все программное обеспечение которого "зашито" в ПЗУ на заводе. Любые изменения в такую модель внешней среды могли вноситься лишь естественным отбором на протяжении многих поколений. Это была очень "негибкая" система, и не удивительно, что в конце концов на свет появились организмы с "перезаписываемой памятью", в которую можно было записывать и перезаписывать информацию в течении жизни отдельного организма. Модель внешней среды, хранящаяся в организме, теперь могла изменяться на протяжении его жизни, в зависимости от изменения внешних условий.

Но и информация, записанная в генах (условно назовем такую информацию "инстинктами") в общем-то никуда не исчезла. Покуда модель внешней среды, доставшаяся от прошлых поколений и записанная в генах, совпадает с моделью, создаваемой в реальном времени в "перезаписываемой памяти" (назовем такую модель "индивидуальным опытом") все обстоит прекрасно - никаких внутренних конфликтов не возникает, и внешний наблюдатель не сможет определить чем вызван тот или иной поведенческий акт: "инстинктом" или "опытом". Но вот условия внешней среды изменились. Соответственно изменился "индивидуальный опыт", а "инстинкты" остались прежними. Как поведет себя организм? Что окажется сильнее: "инстинкты" или "опыт"? Если "инстинкт" окажется сильнее, и организм поведет себя не в соответствии с теми условиями в которых он реально живет, а в соответствии с теми условиями, в которых жили его далекие предки, шансов на выживание у него будет очень мало. Я уверен, что естественный отбор давно уже "встроил" во все успешно выживающие виды животных такой механизм арбитража конфликтов между "инстинктами" и "опытом", при котором командам идущим от "опыта" присваивается более высокий приоритет.

Сегодня внешний наблюдатель не сможет сказать, чем вызвано такое, например, свойство человеческой натуры, как жадность - "опытом" или "инстинктом", поскольку "опыт" и "инстинкт" на сегодня пока что не конфликтуют между собой - сегодня, как и тысячи лет назад, тот кто успел что-то ухватить и приберечь, имеет больше шансов выжить, чем тот кто урвать не сумел. Но если ситуация изменится, и "опыт" начнет говорить, что возможности получения ресурсов отныне равны и для "жадины" и для "бессеребренника", но жадины пользуются меньшим уважением в обществе, возникнет конфликт между "опытом" и "инстинктами". И есть существенно большая нуля вероятность, что этот конфликт будет решен не в пользу "инстинктов".

Я думаю, что в случае человека (в отличие от животных) гораздо большую проблему чем инстинкты в прямом смысле этого слова (т.е. поведение определяемое генами) будут представлять из себя то, что можно условно назвать "культурными инстинктами", т.е. те обычаи, которые достались нам от далеких предков, но которые не всегда соответствуют реалиям новой жизни. Эта особенность человека связана с тем, что из животных только он использует вторую сигнальную систему (т.е., язык), которая позволяет передавать информацию от поколения к поколению (аналогично генам), что привносит в систему элемент "негибкости", характерной для генов. Но создавая проблему, вторая сигнальная система одновременно дает нам и средство к ее решению. Она позволяет нам строить очень сложные модели действительности, в том числе и модели самих культуры, языка, обычаев, которые позволяют нам судить, устарели они или нет, соответствуют ли сегодняшней действительности или не соответствуют. Если Вам не нравится слово разум, можете назвать эту способность сознанием, мышлением, как угодно - не в слове суть.

"Но мало что ли красивых речей мы слышали, хотя бы за последние десять лет!"

А не надо верить красивым речам, если они не подкреплены материально-технической базой. Любой, кто обещает улучшить жизнь народа, у кого-нибудь что-нибудь отобрав и передав это "что-нибудь" в какие-либо иные руки, просто морочит вам голову и не надо его слушать. Знаете, когда я перестал верить нашим "реформаторам"? Когда они перестали говорить об ускорении научно-технического прогресса, и о науке как о производительной силе общества, а свели все реформы к простому переделу собственности (кажется это произошло где-то в 1987 году).

Надеюсь Вы обратили внимание на то, что в повести Левшов появляется не только с "красивыми словами", а с работающей технической системой?

"Так что мой "дурной пересказ" - это зеркало нашего безумного мира. Мира, где о природе человека свидетельствуют Освенцим и Гулаг, Хиросима и Чернобыль, Вьетнам и Чечня и т.д. и т.п. Это Вы не слышите их инфернальные голоса, отгораживаетесь от реальности своим утопическим рационализмом и романтикой. Словно живете не в 20ом веке, а в 18-ом. Знаете, что меня по-настоящему возмутило в Вашей повести? Не "коммунизм", нет. Возмутительна ее наивность. Если с чем сравнивать, так это со сказкой, в которой добрый волшебник сделал волшебную палочку, и стоит ей махнуть, как всем станет хорошо. Я не против сказок. Просто, когда их пытаются "сделать былью", они имеют тенденцию превращаться в кошмары. А в большем кошмаре, чем у нас есть , я жить не хочу. "

Америка победила нас в холодной войне не только своей экономической мощью. Она победила нас своим рационализмом, романтизмом, "наивностью" и верой в то, что сказку можно сделать былью, несмотря на Вьетнам, на Уотергейт, на преследования инакомыслящих при сенаторе Мак-Карти, на президента, отдавшего приказ сбросить бомбу на Хиросиму, на линчевания негров Ку-Клукс-Кланом, на "Великую Депрессию", на разгул мафии во времена "сухого закона", на массовое истребление индейцев и т.д. и т.п.. В отличие от нас, американцы понимают, что человек слаб и время от времени не может устоять от искушения совершить нечто такое, о чем историки потом долго будут писать с ужасом и возмущением. Но при этом американцы воспринимают это не как повод разувериться во всем человечестве, а как проблему которую необходимо решать. И самое удивительное, что для многих проблем решения в конце концов находятся.

Так что опасность не в рационализме, романтизме, "наивности" и стремлении сказку сделать былью. Нас погубило не это. Нас погубил максимализм, мышление по принципу "либо да либо нет", "либо белое либо черное", "либо плохое либо хорошее", "третьего не дано:". Если человек строит светлое будущее, то он обязан был быть ангелом - допускалось только отсутствие крыльев и нимба над головой. Считалось что в социалистическом обществе не может быть воров и проституток, что социалистические чиновники не берут взяток, что соцстраны не воюют между собой. А если все это не так, то тогда катастрофа, конец света, полное крушение всего того за что боролись. Пессимизм и цинизм - оборотная сторона максимализма.

Отсутствие в народе понимания того, что в реальной жизни идеал недостижим, что идеал - это всего лишь ориентир, указывающий направление движения, но не конечная цель, заставляло советское руководство постоянно врать народу, что жизнь уже почти соответствует идеалу, и осталось лишь еще одно последние усилие - и все станут ангелами. Американские советологи прекрасно понимали, что максимализм - ахиллесова пята нашей системы. Достаточно было западным "голосам" доказать нашему обывателю, что жизнь вовсе не соответствует идеалу - и трудовой энтузиазм позволивший в 50-е годы мгновенно поднять страну из руин сменился к 70-м годам всеобщим цинизмом и апатией. Все реальные успехи оказались мгновенно забыты, важным оказалось лишь то, что жизнь не идеальна, и это воспринималось как полный крах полностью парализующий всякую волю к действию. После этого с нами можно было делать все что угодно. Что и было сделано.

Возвращаясь к Вашему письму, хочу сказать, что мне было очень приятно узнать, что Вы нашли в моем сочинении рационализм, романтизм и сказочность. Мы живем в мире, который погружается во мрак иррационализма, и я считаю своим долгом противостоять этому процессу. Ну а что касается романтизма и сказочности - это то что придает жизни запах и вкус, и если мне удалось хоть на мгновенье вернуть их в нашу жизнь - я счастлив. Правда, после Ваших писем, я стал подумывать о том, что эту повесть нельзя давать читать максималистам. А вдруг и вправду воспримут сказку не как идеал, а как буквальное руководство к действию? А потом у них все в точности не получится и они снова погрузятся в пессимизм и апатию? Но как ввести такую цензуру, чтобы им этот текст в руки не попал - я не знаю. Может Вы что-нибудь подскажете? А может быть лучше начать потихоньку изживать максимализм? Тогда, может, и цензуры не понадобится, и правительствам больше не надо будет все время врать?

С уважением,

Александр Лазаревич.

Возврат на основную страницу

Дилогия "Червь" | История создания "Червя" | Другие произведения | Технология бессмертия | Вопросы и ответы | повесть "Сеть "Нанотех"" | English version

Hosted by uCoz