[Предыдущая глава - Глава 3. То, о чем Вы всегда хотели, но боялись мечтать...]

Глава 4. Игры бессмертных.

4.1. Бессмертие означает возможность вечного приближения к свободе. Именно приближения, а не достижения. Идеал Абсолютной Свободы, Свободы с большой буквы, недостижим как всякий идеал. Абсолютно свободным человек не станет никогда, но он может становиться изо дня в день все более и более свободным, расширяя свою власть над природой. Эта власть увеличивает число наших возможностей, а увеличение числа возможностей означает приближение к свободе. Но поскольку природа бесконечно сложна и многообразна, число возможностей, еще не открытых нами, бесконечно. Сколько бы новых возможностей мы не открыли, идеал свободы по-прежнему будет удален от нас на бесконечное число неоткрытых - таково свойство бесконечности: бесконечность минус конечное число снова равняется бесконечности.

4.2. Свобода - это маяк указывающий путь прогрессу. Но это - маяк, который всегда вдали, и потому путь этот не имеет конца. Только избрав для прогресса столь бесконечно удаленную цель как абсолютная свобода, мы сможем сделать прогресс вечным. Но избрав абсолютную свободу в качестве цели, мы должны будем считать критерием прогресса приближение к свободе. Посмотрим же, насколько приближает человека к свободе осуществление бессмертия.

4.3. Прежде всего, осуществление бессмертия позволит снять с человека огромное число всевозможных "табу" - моральных и юридических запретов и ограничений. Практически все правовые и нравственные нормы, определяющие поведение современного человека, исходят из того, что жизнь человека конечна и коротка. Если один смертный каким-либо образом ущемит права другого смертного, у потерпевшего нет впереди целой вечности, чтобы дождаться компенсации за понесенный ущерб. Поэтому современные мораль и право делают упор не на возмещение, а на предотвращение. Отсюда бесчисленные запреты.

4.4. Например, мораль осуждает пропасть между богатыми и бедными. И с точки зрения смертных бедность действительно представляет из себя огромную несправедливость. Слепой случай раздает людям разные способности, разное положение в обществе, разный начальный капитал, и жизнь слишком коротка, чтобы преодолеть это неравенство. Для нас, смертных, справедливость и равенство - почти синонимы. Но понимаемая подобным образом справедливость несовместима с прогрессом. Прогресс невозможен без соревнования (4.4.1), соревнование невозможно без зависти, а зависть невозможна без неравенства. Прогресс увеличивает свободу и число возможностей для каждого человека, и таким образом, в конце концов, приносит компенсацию даже тем, кто проиграл в соревновании - но только если они успевают дожить до этого счастливого момента.

4.5. С осуществлением бессмертия неравенство перестает быть несправедливостью (4.5.1). Наоборот, будучи необходимым условием прогресса, неравенство станет необходимым условием справедливости. Безграничный прогресс означает, что в течении бесконечно долгой жизни возможности любого человека, даже стоящего на самой низшей ступени социальной лестницы, будут безгранично возрастать, правда с небольшим запаздыванием по сравнению с теми, кто стоит на ее вершине. Но какое значение имеет небольшое запаздывание, когда речь идет о вечности? Не нарушая, в конечном счете, справедливости, это запаздывание создает стимул для тех, кто стоит внизу, подняться наверх, а для тех кто стоит наверху - сохранить свое положение. Несмотря на избавление от синдрома Хеопса люди по-прежнему будут бороться между собой за славу, богатство и власть - ведь унаследованное нами от наших обезьяньих предков стремление быть вожаком стада никуда не денется. Соревнование, а значит и прогресс, будут продолжаться. Но эта борьба не будет уже окрашена в мрачные, трагические тона сознанием собственной смертности, сознанием того, что неудачно сложившаяся жизнь - это уже навсегда, и ничего уже не исправить.

4.6. Борьба бессмертных между собой будет больше похожа на игру: как и во всякой игре, у проигравшего всегда будет возможность отыграться. Игра эта будет очень острой, и, с точки зрения смертного, очень жестокой. Поскольку мораль и право в обществе бессмертных будут переориентированы с предотвращения на возмещение, слово "нельзя" практически выйдет из употребления. По-видимому, это будет мир без сострадания и жалости. Нам, смертным это кажется ужасным, но не следует забывать, что сострадание и жалость нужны только проигравшим, а среди бессмертных проигравших нет, есть только играющие, потому что бессмертие - это игра у которой нет конца.

4.7. Из всего огромного количества моральных и правовых запретов в обществе бессмертных сохранится лишь одна заповедь "не убий!". Но даже в нее бессмертные будут вкладывать несколько иной смысл. При модульной системе бессмертия убийством будет считаться преднамеренное уничтожение чьего-либо сознания, например, путем разрушения всех мозговых модулей, несущих его сознание. Уничтожение же модуля тела, не повлекшее за собой гибель сознания, одушевлявшего это тело, не может быть квалифицировано как убийство. Отсюда вытекает множество интересных следствий, и пожалуй самое интересное из них это то, что расхожее представление будто "мир будущего - это мир без войн" вероятнее всего не верно. Хотя содержание самого понятия "война" также очень сильно изменится, и правильнее, наверное, будет говорить о военных играх, а не о войнах.

4.8. Представьте себе армии состоящие из бимарионов, управляемых дистанционно. Даже если Вашего бимариона уничтожат, Вы отключитесь от канала связи, и обнаружите, что сидите у себя дома, целы и невредимы. "Зачем это все вообще нужно?" - предвижу я вопрос возмущенных пацифистов.

А затем, что все люди разные: есть смирные, а есть и драчуны. В любом обществе, во все времена, большая часть мальчишек самозабвенно играла в войну. О причинах этого явления можно спорить, но то, что они получают от этой игры огромное удовольствие - совершенно бесспорно. Потребность дать какой-то выход агрессивности реально существует, и именно ей служат такие виды спорта, как фехтование или бокс. Но поскольку у боксера или фехтовальщика только одно тело на всю жизнь, приходится принимать меры предосторожности в виде рапир с тупыми концами, масок из проволочной сетки и боксерских перчаток. Когда технология изготовления бимарионов будет достаточно отработана, от предосторожностей можно будет отказаться: поврежденный модуль тела легко заменить новым.

4.9. В гладиаторских побоищах будущего будет уничтожаться огромное количество бимарионов. Это создаст общественную потребность в разработке более дешевого и более быстрого способа выращивания бимарионов, и я не сомневаюсь, что такой способ в конце концов обязательно будет найден, главное - чтобы существовала потребность в поиске. От изобретения такого способа выиграют все, в том числе и пацифисты. Ведь чем дешевле бимарион, тем проще будет его сменить даже в случае незначительных дефектов или болезней, не дожидаясь его полного износа. Больше молодости, больше здоровья, больше красоты - для всех.

4.10. Но представим себе на мгновение обратное: смирные пацифисты-морализаторы каким-то образом ухитрились навязать свою волю драчунам, убедить их, что военные игры глубоко безнравственны. Потребность в более дешевой технологии получения бимарионов будет менее острой. Соответственно менее интенсивными будут исследования в этой области. Поскольку бимарионы будут оставаться дорогими, большинству людей придется экономить, донашивая их до полного износа и одряхления.

Но морализаторы, если это настоящие морализаторы, ухитрятся еще более уменьшить потребность в бимарионах, проповедуя умеренность в потребностях, и вдалбливая людям в голову представление о том, что красота духа важнее красоты тела.

У прогресса нету большего врага, чем морализатор. Морализатор отнимает у человека Мечту, объявляя ее безнравственной, только потому, что человечество еще не может позволить себе осуществить ее по причине своей технической неразвитости. Но мечта - это главный двигатель прогресса, и потому, отнимая у человека мечту, морализатор отнимает вместе с ней и возможность эту мечту осуществить.

4.11. Человек может идти по пути прогресса только следуя своим наклонностям - всем наклонностям, не разделяя их на "плохие" и "хорошие", помня о том, что так называемые "дурные" наклонности получили такой ярлык лишь потому, что у человечества не было технической возможности удовлетворить их без ущерба для общества. На протяжении тысячелетий моралисты загоняли "дурные" наклонности глубоко в подсознание людей, где они томились словно дикие звери в клетке, не находя выхода своим силам. Силам, которые могли бы быть направлены на поиск технического решения конфликта между желаниями человека и возможностями общества. Конфликт этот по настоящему может быть решен только техническим путем. Социально-психологическое решение, предлагаемое моралистами - всего лишь кажущееся решение, загоняющее болезнь внутрь и создающее видимость излечения.

4.12. Чтобы было понятнее, что я имею в виду под техническим решением конфликта между желаниями человека и возможностями общества, приведу конкретный пример. Очень многие люди испытывают желание властвовать над другими людьми. Желание вполне естественное, доставшееся нам от далеких предков, стремившихся стать вожаком стаи. Но поскольку в обществе все одновременно не могут властвовать над всеми, моралисты предлагают социально-психологическое решение проблемы: укротить стремление к власти и проникнуться смирением. Нельзя сказать, чтобы в прошлом человечество не пыталось найти также и техническое решение этой проблемы. Кое-какие успехи были. Ближе всего к техническому решению этой проблемы человечество подошло, создав путем длительной селекции так называемого "друга человека" - собаку. Психологи давно подметили, что больше всего любят собак люди властные, желающие чтобы окружающие им подчинились, но не имеющие возможность в полной мере удовлетворить это желание. Собака, глядящая на хозяина с вошедшей в поговорку "собачьей преданностью" в глазах - настоящая находка для таких людей. Достаточно небольшого усилия фантазии, чтобы представить себе, что "собака тоже человек, человек абсолютно преданный тебе и полностью от тебя зависящий.

И все-таки собака - это не совсем человек. Имея в распоряжении бимарионов, можно будет сделать кое-что получше собаки, Как я уже говорил, бимарионы управляются последовательностями электрических импульсов. Импульсов, исходящих из мозга человека, если бимарион используется для мгновенных путешествий или в качестве модуля тела в модульной системе бессмертия. Но вообще-то для бимариона не имеет значения происхождение управляющих импульсов. Вместо чьего-либо мозга, источником их может быть компьютер, снабженный соответствующей программой. Конечно, абсолютно точная имитация человеческого поведения, даже при помощи суперкомпьютеров будущего, - задача невероятной сложности. Но в данном случае нам вовсе не нужна точная копия человеческой души - такая копия, облеченная в тело бимариона, фактически сама стала бы человеком, и в частности, сама бы желала властвовать, и не хотела бы подчиняться другим. Что нам нужно - так это всего лишь модель весьма элементарного поведения поведения подчинения, наподобие собачьего. Возможно даже, что на первых порах, пока суперкомпьютеры не станут достаточно дешевы и доступны, для подобных целей будут использоваться специальные мозговые модули, созданные из мозга собаки. Такие собаки, наделенные человеческим телом, смогут стать великолепными, преданными слугами. Я думаю Вы можете быть вполне уверены, что обретя человеческие руки, Ваш Шарик или Полкан вскоре научится выполнять несложную работу по дому, а человеческие голосовые связки позволят ему разговаривать, ну, по крайней мере, не хуже попугая. И что самое главное - его человечье лицо будет выражать все ту же собачью преданность. Если у Вас есть средства, чтобы содержать не одного Шарика, а многих (а я надеюсь, что с прогрессом техники бимарионы будут становиться все дешевле, а люди все богаче), то Вы вполне сможете стать крупным рабовладельцем, или же султаном с большим гаремом (если, разумеется, бимарионы подобраны соответствующего полу).

4.13. Возможно, у кого-то из читателей возникло впечатление, что я проповедую аморализм. Это не так. Я вовсе не говорю, что рабовладение или гладиаторские бои допустимы с точки зрения морали. Сегодняшней морали. Я всего лишь говорю, что в ходе развития техники и соответствующего увеличения возможностей общества, общество сможет позволить себе постепенно снимать со своих граждан все больше и больше запретов, увеличивать их индивидуальные возможности, приближать их к свободе. И это будет истинным моральным прогрессом, ибо прогресс - это увеличение возможностей. Такое определение морального прогресса прямо противоположно определению принятому морализаторами. Для них моральный прогресс означает повышение сознательности, т.е. добровольное принятие все большего числа запретов и ограничений. Если морализаторам удастся навязать свою точку зрения всему человечеству, техническому прогрессу придет конец. Он станет попросту не нужен. Ведь суть технического прогресса в том, чтобы превращать невозможное в возможное, а "сознательный" человек давно убедил себя в том, что невозможное ненужно, более того, оно вредно. Все это напоминает классическую басню о лисе, убедившей себя в том, что виноград, который она не может достать, слишком зелен для нее.

4.14. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы точка зрения моралистов возобладала. Но я отнюдь не призываю искоренить морализм вовсе. Этого тоже делать не следует. Не все так просто в механизме образования новых потребностей, и для него одинаково опасны обе крайности: как полное торжество морализаторства, так и его полное искоренение. Морализатор делает с душой человека приблизительно то же, что делает с деревом садовод-японец, занимающийся искусством "бонсай". Он сажает в цветочный горшок росток обыкновенного дерева. Если бы это дерево росло на свободе, оно выросло бы большим и могучим, но совершенно не интересным, ничем не отличающимся от сотен тысяч других таких же деревьев в лесу. Но этому ростку уготована другая судьба. Садовник туго перетягивает его ствол и ветви проволокой, чтобы задержать жизненные соки, навешивает на ветви тяжелые гири, чтобы искривить их рост. Дерево растет борясь с наложенными на него ограничениями, и в результате вырастает нечто, пусть низкорослое и хилое, но зато уникальное, единственное, неповторимое.

Так же и человеческая душа - если дать ей расти на воле, не накладывая никаких запретов и ограничений, то вырастет некий "могучий дуб", все желания которого можно выразить двумя словами: "жрать" и "спать". Он так же мало годится на роль генератора желаний, как и абсолютно "сознательный" гражданин. Две противоположные крайности, как известно, сходятся.

Мораль "навешивает" на растущую молодую душу гири обязанностей, душит ее проволокой запретов, Каждая душа ищет свой выход из оков, и в этих поисках рождается невообразимое разнообразие компромиссных полувыходов, полурешений, полусвобод. Вместо ограниченного набора стандартных желаний "могучих дубов" - бесконечное богатство потребностей уникальных до эксцентричности, россыпь фантазий, изощренных до абсурда. Вот они - генераторы желаний: "карликовые деревца" в "проволоке" и с "гирьками", неисчерпаемые в своей неповторимости.

4.15. Так какой же я аморалист? Я за технический прогресс, а он невозможен без генератора желаний, значит я за то, что генератора желаний порождает. Моралисты уродуют человеческую душу,и огромное им за это спасибо! Потому что норма единственна, а уродства богаты вариациями. Меня пугает лишь одно обстоятельство: моралисты рассматривают порождаемое ими разнообразие как некое негативное явление, как результат "отдельных недостатков, имевших место в работе" Им почему-то очень хочется научиться выращивать "карликовые деревца" по одному образцу, и, разумеется, за образец взят "человек сознательный", и я с ужасом думаю: "а вдруг им это удастся?". Они одержимы мессианским рвением и непоколебимо уверенны в своей правоте. Их фанатичному стремлению к единообразию необходимо противопоставить более широкий взгляд на вещи. Но бороться с ними не нужно. Они, сами не понимая того, играют очень важную роль в создании генератора желаний: к свободе стремится лишь тот, кто познал неволю, и, самое главное, осознал эту свою неволю. Когда моралисты рассказывают нам, чего мы ни в коем случае не должны делать, они помогают нам осознать какие именно ограничения наложены на нас обществом, что именно из первобытной вольности мы утратили. Это заставляет задуматься о невозможном: как вернуть утраченное, одновременно сохранив те блага, которые дало нам общество, основанное на ограничениях? Здесь может помочь только техника - искусство совмещать несовместимое, превращать невозможное в возможное.

4.16. Однако одних лишь моралистов для создания генератора желаний недостаточно. Моралисты помогают осознать лишь ничтожно малую долю нашей несвободы, а именно ту долю, которая происходит от ограничений накладываемых на человека обществом. Между тем, ограничения, которые накладывает на человека природа неизмеримо более велики. Эти ограничения гораздо труднее поддаются осознанию: нужно было быть великим мечтателем, чтобы первым задать такой, например, вопрос: "почему люди не летают как птицы?". Впрочем, Дедал и Икар задали себе такой вопрос, когда искали способ бежать из плена - стремление избавиться от ограничения, наложенного природой, родилось у них из стремления избавиться от ограничения, наложенного людьми.

4.17. Последний пример показывает насколько сложен механизм Генератора Желаний. Генератор Желаний - это не один какой-то человек. Это все общество с его тиранами и диктаторами, морализаторами и реакционерами, накладывающими на людей всевозможные оковы - моральные и физические; с его мечтателями, в своих мечтах разрывающими эти оковы, вкладывающими эти мечты в свои сказки, легенды и мифы, которые долго потом гуляют по свету, передаваясь от народа к народу, от поколения поколению, постепенно становясь Мечтой всего человечества; и, наконец, с его изобретателями, которые берут мечту и превращают ее в действительность.

4.18. Правда, в будущем потребность в изобретателях может отпасть в связи с изобретением думающих машин, способных находить пути превращения мечты в реальность. Но сама мечта способна родиться лишь в душе человека. Без людей-мечтателей не может быть никакого прогресса, без них Генератор Желаний никогда не сможет работать.

4.19. Но останутся ли навечно необходимой составной частью Генератора Желаний тираны, морализаторы и другие люди, пытающиеся навязать свою волю окружающим? Необходима ли борьба между людьми и группами людей для генерации новых потребностей?

На первый взгляд кажется, что здесь все просто: для того, чтобы человек осознал ограниченность своих возможностей, а значит, стал бы мечтателем, желающим большей свободы, ему достаточно нарушить информационное равновесие с природной средой - получив от среды неожиданный ответ, к которому он совершенно не готов, он наверняка пожелает что-нибудь такое, чего он никогда ранее не желал. Вот вам готовый Генератор Желаний, и, казалось бы, противоречия между людьми не нужны, достаточно одного лишь противоречия между человеком и природой...

4.20 Но с другой стороны, человек стремится к безопасности, и лишь очень серьезные причины могут заставить его рискнуть - нарушить равновесие с природой. Чаще всего такими причинами является борьба между людьми: группами, классами, народами, государствами, между обществом и личностью. Человек нарушает равновесие с природой чтобы получить преимущество в борьбе с себе подобными: подчинивший себе новую силу природы, он на время становится сильнее того, кто этой силой еще не овладел.

Значит, конкуренция и борьба между людьми все же необходимы? Но может быть их роль ограничивается лишь тем, что они выводят систему Человек - Природа из равновесия, а дальше обмен неравновесной информацией превращается в самоподдерживающийся процесс, и дальше они не нужны? Но где гарантии, что самоподдерживающийся процесс никогда не затухнет? Таких гарантий нет. Повсюду, в природе и в обществе, мы видим самые разнообразные системы, которые когда-то бурно развивались, но потом внезапно остановились в своем развитии, стабилизировались, пришли в состояние информационного равновесия с окружающей средой.

4.21. И все-таки общество бессмертных будет гарантировано от прекращения прогресса тем, что застойное общество раньше или позже обречено на гибель. Бессмертные, в отличие от смертных, не смогут позволить себе роскошь руководствоваться принципом "после нас хоть потоп", ибо они обречены дожить до этого самого "потопа". Поэтому они сделают все, чтобы предотвратить застой, последствия которого пришлось бы расхлебывать им самим, а не их потомкам, как это принято у смертных.

4.22. Бессмертным придется бороться как с обычными причинами застоя, так и с совершенно новыми, порожденными техническими особенностями самой модульной системы бессмертия. В этих особенностях заложена большая потенциальная опасность, и я поступил бы нечестно, если бы, расхваливая достоинства системы, не упомянул бы об одном ее недостатке, тем более опасном, что на первый взгляд он кажется еще одним из ее достоинств. Впрочем, достоинством это может показаться только людям предбарьерной эпохи, с ее всеобщим помешательством на экономии энергии и материалов, с ее нездоровым интересом к прошлому, ко всем этим мемуарам и памятникам старины.

Речь идет о самой опасной из игр бессмертных. Я называю эту игру "путешествиями в псевдомиры".

4.23. Объяснить в двух словах что такое псевдомиры вряд ли возможно(4.23.1), поэтому я начну с простейших примеров и буду постепенно их уточнять и усложнять. Такой подход тем более уместен, что исторически псевдомиры будут развиваться приблизительно в такой же последовательности - от простого к сложному - по мере развития и совершенствования необходимой для них технической базы.

4.24. Как я уже говорил (см. 3.15 и далее) , вся информация, поступающая в наше сознание, представляет из себя последовательности электрических импульсов, одновременно приходящих по миллионам каналов - нервных волокон. У нас эти последовательности вырабатывают наши органы чувств, у бессмертных их будут вырабатывать органы чувств бимарионов. В обоих случаях эти последовательности импульсов обозначают явления реального мира - так, импульсы идущие от уха означают, что на ухо действуют звуковые колебания воздуха; импульсы от рецепторов запаха означают, что на них действуют молекулы пахучего вещества.

4.25. Однако уже в таком простейшем аппарате как "ароматрон", соответствие между реальным миром и последовательностями импульсов оказывается нарушенным. Последовательность импульсов, искусственно созданная ароматическим композитором, воспринимается "слушателем" как реальный запах, в то время как молекулы пахучего вещества в окружающем воздухе отсутствуют. Более того, не исключено, что вещество с таким запахом вообще не может существовать в действительности. Но, повторяю, такие псевдозапахи с точки зрения "слушателя" абсолютно ничем не отличаются от настоящих эапахов.

4.26. Создать псевдоизображение несколько труднее, чем псевдозапах: зрение - это двухсторонний процесс. Мозг не только получает информацию от глаза, но и задает ему вопросы (см. 3.28). Поэтому, для того, чтобы человек смог увидеть предметы, в действительности не существующие, недостаточно подать на его глазной нерв заранее приготовленную последовательность импульсов. Необходимо также снять сигналы выходящие из мозга к глазным мышцам и направить эти сигналы в компьютер. Компьютер, по специальной программе, будет на основе этих сигналов сочинять такую последовательность импульсов для глазного нерва зрителя, чтобы тот увидел предусмотренный программой, хотя физически и не существующий, предмет. Назовем такой предмет псевдопредметом.

4.27. А теперь представьте себе такую простейшую игру: метрах в десяти перед Вами стена, в руках у Вас ракетка и теннисный мячик. Вы бьете ракеткой по мячу, мяч отскакивает от стены, летит к Вам, Вы отбиваете, мяч снова летит к стене и т.д.. Все это: стена, ракетка, мячик, и даже Ваша рука, которая держит ракетку - всего лишь псевдопредметы, существующие лишь в виде последовательностей электрических импульсов. Одновременно с импульсами, подающимися на зрительный нерв, компьютер вырабатывает сигналы и для других органов чувств. Так, например, Вы не только увидите как шарик ударяется о стенку и услышите звук удара, услышите свист воздуха при быстрых движениях ракетки, почувствуете толчок при ударе мячика ракетку. Вы будете ощущать ладонью шершавую поверхность ручки ракетки, почувствуете как напрягается в ответ на приказания Вашего мозга мышцы Вашей руки. Псевдомышцы Вашей псевдоруки. Увидите и почувствуете как сгибается она в псевдосуставах, готовясь нанести псевдоракеткой псевдоудар по псевдомячику. Псевдомячик отскочит в полном соответствии с силой и направлением псевдоудара - рассчитывая траекторию псевдомячика компьютер учтет все законы физики, включая сопротивление воздуха. Псевдовоздуха.

4.28. Все это будет восприниматься гораздо реальнее, чем самый правдоподобный сон, все будет абсолютно неотличимо от действительности, но на самом деле эта псевдодействительность будет ничуть не реальней обыкновенного сна.

Такой компьютерный тренажер уже можно считать простейшим псевдомиром. Но зачем выбрасывать огромные средства на сочинение такой невероятно сложной программы? Зачем строить такой сверхмощный компьютер, далеко превосходящий по своим возможностям все существующее на сегодняшний день, когда, казалось бы, вышел во двор - вот тебе стена, вот ракетка, и стучи себе сколько угодно? Но не стоит забывать, что мы говорим об отдаленном будущем, когда составление программ возьмут на себя интеллектуальные машины, а ультра-супер-гипермощные компьютеры станут предметом повседневного обихода. Такие тренажеры практически ничего не будут стоить, а возможности они откроют небывалые. Мы можем внести в программу изменения, и псевдомячик будет летать не испытывая сопротивления воздуха или, наоборот, в очень вязкой среде. Вы сможете поиграть в теннис в состоянии "псевдоневесомости", или, наоборот, при увеличенной "силе тяжести". А можно придумать вещи и вовсе невероятные. Например, пусть сила давления света на мячик увеличится настолько, что ее влияние станет заметно на глаз, и мячик будет отклоняться, стоит только ему вылететь из тени стены на свет. Псевдосвет.

4.29. В псевдомире нет ничего невозможного. Полная свобода от законов природы. Однако, как и ко всему в псевдомире, к этой свободе надо не забыть добавить приставку "псевдо". Псевдосвобода таит в себе немалую опасность, но об этом немного ниже. А пока рассмотрим пример более сложного псевдомира.

4.30. Допустим Вам захотелось поболтать о том, о сем с кем-нибудь из корифеев прошлого - ну, скажем, со Львом Толстым. Вы подключаетесь через биоинтерфейс к Вашему ультра-гипер-суперкомпьютеру, снабженному соответствующей программой, и тут же оказываетесь в Ясной Поляне. Не в музее Ясная Поляна, а в усатьбе Ясная Поляна, такой, какой она была при жизни Толстого. Даже деревья в аллее не такие, какие они сейчас - выросшие и постаревшие - а такие, какими они были в начале века. Разумеется, это псевдомир, и на самом деле Вы спокойно сидите в своем кресле, но Вам кажется, что Вы идете по аллее и даже слышите как хрустит гравий у Вас под ногами. Хотите свернуть направо, в боковую аллею? Пожалуйста - компьютер получил сигналы предназначавшиеся Вашим мозгом для Ваших ног, обработал их, и подал на вход Вашего мозга последовательность импульсов, означающую, что Вы повернули направо. В эту последовательность импульсов входят сигналы для зрительного нерва - чтобы Вы увидели как приближается к Вам правая боковая аллея, а если Вы смотрите вниз (а компьютер знает куда Вы направили взгляд, потому что получает всю информацию из Вашего мозга), то внизу Вы увидите как Ваши ноги (точнее псевдоноги, поскольку за их изображением реально ничего не стоит, это только электрические сигналы в Вашем глазном нерве), как Ваши псевдоноги поворачивают направо. Одновременно компьютер выдает сигналы имитирующие соответствующие мышечные ощущения в ногах. Эффект присутствия абсолютно полный.

И вот Вы вошли в дом. Здесь все, как было тогда - об этом позаботились историки, участвовавшие в составлении программы. Никаких табличек "руками не трогать". Хотите - можете сесть на этот диван - Вы услышите, как заскрипят его пружины. В доме тихо, только где-то тикают старинные часы. Но вот заскрипели половицы, чьи-то шаги все ближе, отворилась дверь, и на пороге появился сам хозяин дома.

Все точно. Детали внешнего облика были тщательно выверены по сохранившимся фотографиям перед составлением программы. Взгляд, жесты, походка - все сделано с учетом немногих дошедших до нас документальных кинокадров. Голос, произношение, манера говорить - по уцелевшим фонограммам, с поправками на несовершенство тогдашней звукозаписывающей техники. Но конечно, самая сложная часть программы - это имитация его манеры мышления. За основу взята типовая модель человеческого мышления (которая, будем надеяться, в эпоху ультра-гипер-суперкомпьютеров будет уже разработана), и внесена поправка на индивидуальный темперамент. Введены все его произведения, письма, черновые наброски. Введены все учебники, по которым он учился, все газеты и книги, которые он читал. Учтены воспоминания его современников. Учтена историческая обстановка, в которой он формировался. В программу вложены усилия тысяч и тысяч исследователей. В нее вложено информации в тысячи раз больше, чем может усвоить один смертный, посвятивший свою жизнь изучению творчества Льва Толстого. А теперь задавайте ему любые вопросы, не бойтесь испортить программу, сообщив Льву Толстому кое-какие новости из области генной инженерии или освоения космоса - после Вашего отключения от программы, привнесенная Вами информация будет стерта, и программа вернется к первоначальному состоянию.

4.31. Псевдомиры открывают перед людьми ошеломляющие возможности. В псевдомирах все возможно. Вы сможете путешествовать во времени. Вы сможете сами испытать то, о чем раньше лишь читали в фантастических рассказах: поохотиться с двустволкой на динозавров в мезозойском лесу; принять активное участие в Бородинском сражении; провести ночку с Клеопатрой, царицей египетской. Только уж не обессудьте, если Вы ей придетесь не по душе - программа составлялась с учетом исторических данных о вкусах той эпохи и характере царицы. Впрочем, если хотите, можете заказать себе программу, в которой история будет искажена в соответствии с Вашими пожеланиями. Но это будет уже совсем другой жанр - так сказать не документальный, а художественный.

4.32. Слово "жанр" я употребил не случайно. Псевдомиры - это принципиально новый вид искусства, в котором нет пассивного зрителя, а есть активный участник событии. Псевдособытий, разумеется. Жанры могут быть самыми разнообразными - от научно выверенного документального до сказочного (как насчет того, чтобы прогуляться с Алисой в Зазеркалье?). Возможны даже абстрактные псевдомиры, в которых привычные законы пространства, времени и логики заменены на другие, "высосанные из пальца", закономерности. Если к такому абстрактному миру подключатся одновременно несколько человек, он сможет стать отличной спортплощадкой для игры, которую даже невозможно себе вообразить в нашем обычном пространстве-времени.

4.33. Ну а если в этом абстрактном псевдомире игроки не будут обладать даже псевдотелами, а окажутся этакими бестелесными субстанциями, способными, однако, влиять на псевдособытия, уместнее будет говорить не о спортплощадке, а о "доске", по аналогии с шахматной доской. Я не буду останавливаться на экзотике абстрактных псевдомиров - если читатель заинтересовался этой темой, он сам легко сможет нафантазировать себе черт знает что. Я же предлагаю вернуться к "обычным" псевдомирам, с "обычным" пространством, пардон, с "обычным" псевдопространством, населенным "обычными" псевдолюдьми, с человеческими псевдотелами.

4.34. Предположим, что у нас имеется компьютер бесконечно большой вычислительной мощности, т.е. способный обрабатывать любые, сколь угодно большие массивы информации. Такое предположение не столь нелепо, если вспомнить, что мы обсуждаем сейчас будущее, в котором восторжествовала идея вечного и неограниченного технического прогресса. Поскольку псевдомиры создают общественную потребность в наращивании компьютерной мощи, любая наперед заданная мощность раньше или позже будет превзойдена. Правда, быстродействие компьютеров не сможет увеличиваться до бесконечности. Оно ограничено двумя факторами: скоростью передачи информации от одной части машины к другой, и расстоянием между этими частями. Скорость нельзя сделать больше скорости света, размеры машины вряд ли можно уменьшать до бесконечности. Но для рассуждения предлагаемого ниже, быстродействие несущественно, важна лишь способность перерабатывать неограниченно большие объемы информации за время меньшее чем вечность. Почему быстродействие несущественно, я поясню чуть позже (см.4.39).

4.35. Итак, пусть у нас есть бесконечно мощный компьютер, и мы хотим использовать его для создания как можно более точной копии какого-нибудь корифея прошлого. У нас есть два пути. Первый: написать программу, которая будет нацелена лишь на внешний, видимый результат - т.е. поведение, слова, поступки этого псевдочеловека будут такими, какие мы ожидаем от реальной личности, однако за ними не будет стоять никакого сознания, никакого мыслительного процесса. Возвратимся к нашему примеру с "Львом Толстым". Пусть мы задали ему вопрос, в котором встречаются, ну скажем, такие слова, как "прогресс" и "нравственность". Вместо того, чтобы размышлять над смыслом нашего вопроса, компьютер просто быстро просмотрит все записанные в его памяти произведения Толстого, найдет все абзацы, в которых одновременно встречаются слова "прогресс" и "нравственность", и, используя какие-нибудь несложные правила, позволяющие учесть общее направление беседы, выберет один, наиболее подходящий и выдаст его в качестве ответа.

Даже такая простая программа позволит вести с "Львом Толстым" довольно интересные беседы. Интересные даже для специалистов-литературоведов, потому что ни один человек не способен наизусть запомнить все написанное Толстым, и мгновенно найти нужную цитату.

И все же умный собеседник очень быстро поймет, что перед ним не личность, а механизированный цитатник. Конечно, с увеличением мощности компьютера в такую программу можно ввести много всяких усовершенствований, но мне кажется, что этот, первый путь порочен в самой своей основе. Он вызван к жизни лишь тем, что очень прост, а потому может быть использован на сравнительно маломощном компьютере. Как только мощность компьютеров достаточно возрастет, следует избрать принципиально иной путь - путь моделирования процессов сознания.

4.36. Построить модель сознания сразу в готовом и законченном виде очень сложно. Несколько проще вырастить модель сознания из модели мозга так же, как выращивается обычное сознание обычного человека - в ходе многолетнего обмена информацией между мозгом и окружающей средой.

Допустим, мы создали компьютерную модель человеческого мозга, которая запоминает, перерабатывает и выдает информацию в точности так же, как это делает наш мозг (4.36.1). Но пока что это - лишь tabula rasa, чистая дощечка для письма. Чтобы получить сознание, ее необходимо заполнить самой разнообразной информацией о внешней среде. Как это сделать?

4.37. Если мы хотим получить компьютерную модель сознания современника ультра-гипер-суперкомпьютеров, нет ничего проще: мы берем бимариона-младенца и вместо мозговых модулей подключаем к нему компьютер, моделирующий человеческий мозг. И выпускаем его в жизнь. Если наша модель достаточно точно воспроизводит работу настоящего мозга, и если окружающие не знают, что у этого младенца вместо мозговых модулей - компьютер, и потому обращаются с ним как с обычным ребенком, то через пять лет мы получим модель сознания пятилетнего ребенка, через 12-14 лет - модель подростка, а а через 26-26 - модель взрослого человека. Если окружающие к этому времени так и на поймут, что у этого человека вместо обычных, "природных" мозгов - компьютерная модель, то значит модель действительно хорошая, и ее можно размножить для дальнейшей работы, например, чтобы создать модели сознания людей далекого прошлого.

4.38. Но чтобы получить, скажем, модель дворянина начала XIX века, надо, чтобы он вырос в дворянской усатьбе, чтобы у него был гувернер-француз, были крепостные, были такие же дружки, как и он сам и т.д.. Как быть? Выстроить усатьбу и самим сыграть все роли? Возможно, бессмертным и понравится такая игра. Но ведь тогда, возможно, придется построить и Санкт-Петербург и Париж XIX-го века. Не проще ли создать соответствующие псевдомиры, заселить их псевдолюдьми, и наделить этих псевдолюдей компьютерными моделями мозга. Разумеется не всех. Если всех сделать сознательными, никакой компьютерной мощности не хватит. Лакею, например, можно мозгов не давать - пусть только в нужном месте говорит: "кушать подано!", и хватит с него.

4.39. Есть еще один способ сэкономить вычислительные мощности - отказаться от работы в реальном масштабе времени, замедлить скорость вычислений. Псевдомиры, предназначенные для путешественников из реального мира, должны работать в реальном масштабе времени, потому что биоинтерфейс связывает их с реальным мозгом, живущим в реальном времени. Однако реальный масштаб времени не обязателен для псевдомиров, в которых выращиваются модели сознания. (В дальнейшем, для краткости, я буду называть компьютерную модель сознания псевдосознанием.) Поскольку псевдосознание - всего лишь компьютерная модель, ее можно прогонять на компьютере с любой скоростью: если замедлить все процессы в псевдомире, например, в два раза, то достаточно также в два раза замедлить все процессы происходящие в псевдосознании, чтобы оно, псевдосознание, этого замедления не заметило. Правда, в этом случае взрослое псевдосознание вырастет не за 20, а за 40 лет реального времени. Но бессмертным некуда спешить. Вот почему быстродействие компьютера в данном случае несущественно.

4.40. Итак, перед нами жутковатая картина: в псевдомире рождаются, живут и умирают люди. Их псевдосознание воспринимает этот псевдомир как совершенно реальный мир, мир полный красок, звуков и запахов, мир осязаемых вещей. Эти псевдолюди пьют, едят, подхватывают насморк, зарабатывают язву желудка. Они вспоминают, мечтают, горюют и радуются. Они думают. И им невдомек, что всего этого, включая их самих, на самом деле нет, а есть лишь очень сложные последовательности электрических импульсов, циркулирующие в гигантском ультра-гипер-суперкомпьютере.

Но самое ужасное состоит в том, что никто не может дать нам гарантии, что ОНИ - это не МЫ самые и есть. Кто знает, может быть сейчас вовсе и не конец XX-го века, а середина XXV-го или XXX-го? И сами мы всего лишь призраки внутри компьютера, установленного в каком-нибудь Институте Экспериментальной Истории?

На этот вопрос нельзя ответить ни утвердительно, ни отрицательно - у нас нету таких сведений. (Впрочем, Вам наверное доводилось встречать таких "человекообразных", что после общения с ними невольно закрадывается сомнение: "А наделены ли они сознанием? Или же авторы программы решили в данном случае облегчить себе задачу и создали элементарный автоответчик?")

Ужасно сознавать, что сам ты реально не существуешь... А впрочем, что же в этом такого ужасного? Напротив, в идее о том, что наш мир - это всего лишь набор чисел внутри компьютера, можно найти основу для весьма утешительной новой религии: если Вам надоела жизнь в этом несовершенном XX веке, всегда есть надежда, что эксперимент скоро закончится, и всех нас выпустят жить в XXV-ый (XXX-ый) век. Как это сделают? Да очень просто. Перепишут из большого компьютера в портативный ту часть программы, которая является Вашим сознанием, Вашим "Я", через биоинтерфейс соединят этот портативный компьютер с бимарионом, который отныне будет Вашим телом, и готово! Призрак из псевдомира материализовался, и теперь спокойно может разгуливать по миру реальному!

Или пусть эксперимент продолжается, но просто по ходу сценария Вы, житель XX-го века, должны умереть. Куда денется Ваше сознание? Его не могут просто стереть - по законам бессмертных уничтожение сознания является преступлением, независимо от того, где это сознание записано: в мозговых ли модулях, или же в памяти компьютера. Таким образом, умирая, человек попадает в будущее и обретает бессмертие. Не правда ли, очень утешительно? Однако ни доказать, ни опровергнуть это абсолютно невозможно, так что Вы все же не торопитесь, пожалуйста, умирать. Я лично пишу свою книгу, исходя из того, что будущего еще нет и нам лишь предстоит заложить его основы - в противном случае эта книга потеряла бы смысл.

* * *

4.41. Теперь, когда Вы знаете, что такое псевдомиры, я могу объяснить почему я считаю что они могут затормозить, и даже остановить прогресс. Казалось бы, создавая общественную потребность в усовершенствовании компьютеров, они способствуют техническому прогрессу. Такое суждение справедливо, но лишь до определенных пределов. Как я уже говорил, псевдомиры - это новый вид искусства. Как и всякое искусство, они способны развить в человеке чувства и ум, или по крайней мере просто развлечь, или даже, если человеку совсем плохо, на какое-то время отвлечь от тягот действительности. В таком отвлечении нет ничего опасного, если после этого человек вернется в реальный мир с отдохнувшей душой. Вся беда в том, что он может и не вернуться. Сплошь и рядом мы видим примеры того, как искусство превращается в способ бегства от жизни, в некий интеллектуальный наркотик, причем речь идет не только о так называемой "массовой культуре", но и о произведениях, про которые говорят, что они "заставляют задуматься". Ознакомится человек с одним таким произведением - задумается, еще с одним - опять задумается. Так и сидит всю жизнь задумчивый такой, и радуется про себя: "Вот какой я умный: я задумываюсь!".

4.42. Но обычным интеллектуальным наркотикам все же далеко до наркотиков настоящих - хотя бы потому, что они неспособны вызвать галлюцинации, неотличимые от реальности. Псевдомиры же построены из галлюцинаций, галлюцинаций вызванных по заказу и безо всякого риска для Вашего здоровья - и потому они опасней любых наркотиков. Зачем возвращаться из псевдомира, когда каждый может прожить там всю жизнь припеваючи, удовлетворяя любые свои желания. Но поскольку удовлетворение это будет мнимое, оно не потребует взаимодействия с внешней средой и не двинет вперед технический прогресс. Генератор Желаний начнет крутиться вхолостую: в ответ на новые желания не будет создаваться новой техники - вместо этого старые компьютеры будут сочинять лишь новые последовательности импульсов, создавая псевдоудовлетворение желаний.

4.43. Система замкнется сама на себя. Между Природой и Человечеством установится информационное равновесие: люди будут брать у Природы определенное количество энергии для своих компьютеров, и кое-какие материалы для их ремонта - и это все! Человечество эмигрировавшее из реального мира в псевдомиры, не нуждается даже в еде: оно может отказаться от бимарионов и постепенно сменить состарившиеся мозговые модули на компьютерные модели мозга, порвав таким образом последнюю нить, связывавшую их с действительностью.

Миллиарды людей-призраков будут жить в псевдомирах, ошеломляющих своей роскошью, экзотикой и разнообразием, а в действительности будут существовать лишь унылые коробки компьютеров, линии связи, соединяющие их в единую информационную сеть, роботы-ремонтники да электростанции, дающие всему этому энергию.

4.44. Итак, еще одна жуткая картинка. К счастью, она не верна: рисуя ее, мы рассуждали как смертные - мы не подумали о том, сможет ли описанная ситуация продолжаться целую вечность. Она может длиться сто лет, тысячу, может быть даже миллион, но никак не десять миллиардов лет. Любые источники энергии исчерпаемы, и даже если компьютеры питаются от самого мощного источника энергии в Нашей Солнечной системе - т.е. от самого Солнца - то ведь и Солнце не вечно. Через 10 миллиардов лет оно погаснет, исчерпав свои запаси ядерного топлива.

Для нас, смертных, то, что произойдет в столь отдаленном будущем - чисто академический вопрос, нисколько не влияющий на нашу повседневную жизнь. Для бессмертных же - это в буквальном смысле вопрос жизни и смерти, и для решения этого невероятно сложного вопроса им отпущено всего-навсего 10 миллиардов лет, пустяк по сравнению с вечностью. Вечностью, которая для них может и не наступить, если они не решат этого вопроса.

4.45. А за этим вопросом последуют другие. Бессмертные бессмертны лишь до тех пор, пока они могут обеспечить себе необходимые условия существования. Бессмертие - это вечная борьба за выживание в постоянно меняющихся условиях. Бессмертные попросту не смогут позволить себе уйти в мир сладких грез, потому что это грозит им потерей бессмертия. Общество бессмертных будет обществом впервые в истории гарантированным от застоя. И гарантию эту дает космос.

4.46. Нам, смертным, космос кажется чем-то застывшим и неподвижным как фотография, но ведь наша жизнь, по сравнению с жизнью космоса короче щелчка фотоаппарата. Где нам увидеть и почувствовать, что космос живой, что он движется, меняется, растет и стареет. Звезды рождаются и умирают, взрываются, проносятся мимо друг друга, обмениваясь кометами, а с ними, возможно, и частичками жизни, способными преобразить лик планет. Темные, холодные облака межзвездной пыли - в них зреет что-то неведомое нам. Галактики: они сталкиваются, проходят друг сквозь друга, обмениваются звездами... И все это связано в одно целое невидимыми магнитными линиями - гибкими, упругими...

Гигантский живой организм по имени Космос, Он не даст бессмертным забыть о том, что даже для них жизнь остается борьбой за существование. Космос напомнит о себе.

Двадцать миллиардов лет назад в Большом Взрыве родилась Наша Вселенная. У нее есть начало. Значит, у нее может быть и конец. Для того, чтобы стать бессмертным, достаточно создать модульную систему бессмертия. Но для того, чтобы остаться бессмертным нужно сделать бессмертной всю Вселенную. Нужно научиться управлять происходящими в ней процессами. Нужно стать властелинами Вселенной.

[ Следующая глава - Глава 5. Властелины Вселенной]

 

Комментарии к Главе 4

4.4

  1. Еще раз напоминаю, что это было написано в 1986 г. Публицистический перехлест характерный для начала эпохи Перестройки, когда всем казалось, что все проблемы можно решить с помощью свободной конкуренции и "невидимой руки рынка" - и только ими. На самом деле, для технического прогресса вполне достаточно нарушить информационное равновесие между человечеством и природой. Конкуренция и зависть между людьми вовсе не являются абсолютно необходимыми условиями технического прогресса - их вполне может заменить борьба человека с природой (см. "Покорение природы").

4.5

  1. Но только с этого момента!

4.23

  • Написано в 1986 году, когда понятия "Виртуальная реальность" еще не существовало. Сегодня, используя это понятие, можно дать предельно сжатое определение псевдомира:
  • ПСЕВДОМИР = (ВИРТУАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ) + (ДРАЙВЕР БИОИНТЕРФЕЙСА)

    4.36

  • Некоторые авторы ставят под вопрос возможность создания компьютерной модели сознания человека. При этом обычно имеется в виду невозможность создать такую модель в формализованном виде - т.е. в виде последовательности дискретных логических шагов (а современные компьютеры способны исполнять программы состоящие только из таких последовательностей). Даже если это возражение и справедливо, оно никак не влияет на мои последующие рассуждения, поскольку я имею в виду не современные компьютеры, а компьютеры будущего, и не накладываю при этом никаких ограничений на их конструкцию, и даже на принципы их работы. Мы знаем наверняка, что по крайней мере один тип мыслящих машин во Вселенной существует - это наш мозг, и это почти наверняка означает, что когда-нибудь его устройство удастся смоделировать на другой "элементной базе".

  • [На основную страницу А. Лазаревича]

    Hosted by uCoz